Стивен Кинг

— ... А потом повесился у себя в подвале. К рубашке он приколол записку: «Мне не вынести то, что со мной происходит». Какой ужас, да, мистер Киннелл? Разве бывает что-то страшнее? – Нет, не бывает, – отозвался Киннелл. Причём сказал он это искренне.

Мне нравятся женщины, которые смеются сами, не дожидаясь твоего разъяснения, когда и почему им следует смеяться.

Прошлое, как и шкаф: не следует залезать слишком глубоко. Там всегда может прятаться монстр, готовый укусить тебя.

Мой прадедушка говорит, что проклятий нет, есть только зеркала, которые держишь перед душами мужчин и женщин.

Бывает — сначала люди спорят, а потом обе стороны утрачивают истину, если она им мешает.

Несчастье любит компаньона, а я полагаю, что в каждом из нас сидит негодяй, который тесно переплетается с добрым началом нашей натуры, и потому от него не избавиться.

Когда мстишь, не замечаешь оттенков и нюансов.

Когда деньги говорят, никто не уходит.

... прошлое — мертво, его можно забыть.

Настоящая любовь, как любой другой тяжёлый наркотик, к которому развивается привыкание, скучна… как только открытие сделано, поцелуи быстро плесневеют, а ласки надоедают… Разумеется, речь идёт не о тех, кто разделяет эти поцелуи, кому предназначены эти ласки, от которых окружающий мир становится красивее и ярче. Как и в случае с тяжёлым наркотиком, настоящая первая любовь по большому счёту интересна только её пленникам. И как любой тяжёлый наркотик, к которому развивается привыкание, настоящая первая любовь опасна.

Я думаю для мужчин любовь — это вожделение и восторг; смешанные в равных долях. Восторг часть женщин понимает. Насчёт вожделения... им кажется, что понимают.

Я одновременно испытывал и одиночество, и удовлетворённость. Такое сочетания надо полагать за счастье.

Потому что мой отец не лгал. Его религия этого не допускала. — Баптист? — Нет, сэр, янки.

Роман — это покаяние человека, ни в чем не повинного.

В ночь, когда приходит куджу, ты спишь как мёртвый.

Нам придётся пройти через горькие воды, прежде чем мы достигнем сладких.

Нет у меня никакого мнения. Абсолютно никакого. Мнение — это политика, а политика — зло, из-за которого многих вздергивают на сук, когда они еще молоды и красивы.

Только не раскисай. В том и состоит твоя задача в нашей тяжелой жизни — сохранить сердце любящим и не раскисать не смотря ни на что. Чтобы не случилось, держи себя в руках и не падай духом.

— Люди не вырастают из сказок, Билл. Никогда не вырастают. Мальчик или мужчина, девочка или женщина — мы все живём ради сказок.

Вы не заметили, мы очень многое позволяем скорбящим? И они к этому привыкают.

Улыбка, она помогает. И в тяжёлой ситуации тоже. Особенно в тяжёлой ситуации.

Время порождает ложные воспоминания и изменяет настоящие.

Юноши и девушки могут повзрослеть, а вот старики и старухи становится лишь старше, и с каждым годом всё сильнее укрепляются во мнении, что правда на их стороне.

Ты думаешь: «Ну ладно, я всё понимаю, я готов к худшему», но всё равно цепляешься за надежду. Это-то и есть самое поганое. Это тебя и убивает.

История — это сумма испражнений человечества, огромная и постоянно растущая в размерах куча дерьма. Сейчас мы стоим на вершине, но совсем скоро окажемся полностью погребены в этой куче усилиями грядущих поколений. Вот почему одежда ваших родителей выглядит такой смешной на старых фотографиях, если вам нужен пример.