Вор времени

— ... Еда осталась? — Нет. Всё доели вчера вечером, — ответил Лобсанг и добавил с надеждой: — Я слышал разговоры о том, что по-настоящему продвинутые монахи способны черпать жизненные силы прямо из воздуха... — А я полагаю, что такое возможно только на планете по имени Колбаса, — отрезал Лю-Цзе.

Вообще, человеческим существам следовало отдать должное. Они обладали самой странной особенностью во вселенной. Даже её дед не раз отмечал это. Ни один другой вид на Плоском мире так и не смог придумать скуку. Возможно, именно скука, а вовсе не умственное развитие, заставляла людей подниматься по лестнице эволюции. Тролли и гномы тоже приобрели это странное свойство смотреть на вселенную и думать: «О, то же самое, что и вчера, как уныло. Интересно, что будет, если я тресну камнем вон по той башке?»

Прошлого в действительности не существует, а существуют только воспоминания о прошлом. Закройте и откройте глаза, и вы увидите, что мира, который существовал, когда вы их закрывали, больше нет. Единственным уместным состоянием разума является изумление. А единственным уместным состоянием души является радость. Небо, которое вы видите сейчас, вы не видели никогда прежде. Сейчас — это и есть идеальный миг!

Я хочу сказать, иногда ты смотришь на вселенную и начинаешь думать: «А как же я?», и слышишь, как вселенная отвечает тебе: «А что ты?»

Научись делать все правильно, прежде чем ступить на траву, иначе можешь попрощаться со своими ногами.

... Он был из тех людей, которые, решив стать интересными людьми, первым делом попытаются отыскать книгу «Как стать интересным человеком» и поищут какие-нибудь курсы.

— Ты стал бы разрывать кого-нибудь на части ради конфеты с кофейной начинкой? — С кофейным зернышком сверху или просто с начинкой? — Без кофейного зернышка, как мне кажется. — Нет, не стал бы.

Война? Если война настолько плоха, почему люди так увлечены ею?

— Смерть... В конце концов, что есть смерть? — Всего лишь долгий сон.

Грим на её утонченное фарфоровое личико наносил клоун. Причем слепой. И в боксерских перчатках. В полном тумане.

Индивидуальности определяют себя посредством других индивидуальностей

У человеческого тела на протяжении многих тысяч лет развивалось стойкое нежелание быть разрубленным пополам. И это нежелание должно ведь хоть как-то влиять на мозг, как считаешь?

— Смотри на все с оптимизмом. Мы молоды, у нас есть все время в мире... — она вскинула гаечный ключ на плечо. — Пойдем колбаситься.

Все пальцы были сжаты, за исключением среднего. — Знаешь, что это значит, монах? — Не слишком-то дружелюбный жест, приятель. — О, весьма поверхностное толкование. Скажи, что это значит, и поймешь, кто я такой. — Твой средний палец? — Фу... — фу? — Да, фу! У тебя же есть мозги, используй их!

..мир могут спасти только хладнокровные расчетливые сволочи?

— Может, это особый ворон; Такие живут в Низменностях. Горные вороны каркают, а не квакают. Чем же мы его так заинтересовали? — Как-то... странно размышлять о том, что тебя преследует какая-то птица... — Вот доживешь до моего возраста, тоже начнешь поглядывать в небеса и шарахаться от всяких птичек...

Иногда мышление похоже на разговор с другим человеком, но этот человек — тоже ты.

— Лю-Цзе? — Да? — А почему мы не можем резать время, когда летим на этой штуке? — А знаешь, что будет, если ты начнешь резать время, сидя на транспортном средстве с магическим приводом, которое несется со скоростью больше семидесяти миль в час? — Нет! — Вот и я не знаю! И знать не хочу!

— Все, что случилось, остается случившемся. — Это что еще за философия? — Единственная, которая работает.

Первый пункт местной памятки для самоубийц гласил: «Встань прямо перед темным переулком на фоне яркого неба».

— Он меня правда защитит?-спросил Лобсанг, надевая пробковый шлем. — Вряд ли. Но когда найдут твою голову, тебя хотя бы можно будет опознать.

Выбивание почек через ноздри является не более, чем нелепым побочным эффектом.

Главное — подгадать идеальный момент. Просто люди предпочитают использовать этот самый момент, чтобы врезать своему противнику по шее. Желательно ногой и сзади.

Многие люди жили, живут и будут жить теми самыми войнами, которые давным-давно закончились.

Не выглядящие опасными существа могут оказаться крайне опасными. И опасны они именно потому, что совсем не похожи на опасных.