Спок

Капитан не может обмануть смерть.

— Вы ей что-то дали? — Да, хук правой. — Этого нет в медицинских книгах. — В моей теперь есть.

— Хотите сказать, адмирал нарушил все положения лишь потому, что захотел использовать в своих целях ваш интеллект? — Он хотел использовать мою свирепость. Один интеллект на войне бесполезен.

— Скажите, что всё получится. — Я не обладаю для этого ни информацией, ни уверенностью, доктор. — Умеете же вы утешить...

— Я буду счастлив сопровождать вас в составе десантной группы. — Ты? Счастлив? — Я попытался выразить свою мысль более привычными вам словами.

— В словах доктора есть логика. — Не надо со мной соглашаться. Мне от этого не по себе.

— Капитан, поступило распоряжение от командования. Мы должны немедленно возвратиться в док... для выхода из эксплуатации. — Если бы я был человеком, думаю, я ответил бы им: «Идите к чёрту!» ...если бы я был человеком.

— Скажи мне, Спок, а что мы будем делать после того, как пожарим зефир? — Съедим его.

— Нужды большинства важнее нужд меньшинства... — Или одного.

— Вы, кажется, не поняли, Спок. Он [Кирк] имел в виду, что полагается на вашу догадку больше, чем на чьи-либо факты. — То есть, это был комплимент? — Он самый. — Тогда я постараюсь угадать как можно лучше.

— Мы должны помочь Чехову. — Это будет логично, мистер Спок? — Нет. Но это будет по-человечески.

— Мой отец говорит, что ты был моим другом. Ты вернулся за мной. — Ты сделал бы то же самое для меня. — Почему ты это сделал? — Потому что нужды одного оказались важнее нужд многих.

Виджер обладает знаниями всей этой вселенной. И всё же, при всей его чистой логике, Виджер пуст, холоден. Никакой загадки, никакой красоты... Это простое чувство *сжимает руку Джима* недоступно пониманию Виджера. Нет смысла. Нет надежды. Джим... нет ответов. Он задаёт вопросы: «Что, это всё? Всё, что я есть? И что, больше ничего нет?»

— Похоже, палуба покрыта льдом. — Да, и она чуть было не покрылась нами.

— Ты вообще обращаешь внимание на что-нибудь кроме статистики, вулканец? — Да. Но поэзия и философия здесь бесполезны.

— Ничто, никакая форма жизни не смогла бы выжить в течение трёхсот миллионов лет! — Не совсем так, мистер Скотт. Никакая известная форма жизни.

Мы должны признать раз и навсегда, что цель дипломатии — затягивать кризис.

— Лакаи и Биел могут думать только о своей ненависти. — Вы думаете, у них больше ничего не было? — Нет. Но это всё, что у них осталось.

— Я люблю его. И я должна его убить! — Кажется, она нашла надёжным способ обеспечить верность мужчины. Интересно.

Нелогично предполагать, что ситуация всегда будет неизменной.

Компьютеры эффективнее, чем люди, но не лучше.

Корабль держится в том числе на преданности одному человеку. Её ничем не заменишь... и его тоже.

Компьютеры — превосходные слуги, но я не хочу служить под их началом.

— Умирать душой вместе с ближним... неужели вы нам такого пожелали бы? — Может, тогда ваша история была бы менее кровавой.

— Спок, я пока ещё не слишком много знаю о трибблах, но я обнаружил одну вещь. — Какую, доктор? — Они мне нравятся... больше, чем вы.