Виктор Тафинцев

Белеет парус одинокий, Кого-то кинул он в родном краю – Простой народ, ему далёкий. Он долго был чиновником в строю, Пилил как все и даже больше – Соревновательный процесс. Нам сделал жизнь трудней и жёстче И вот отчалил наконец. «Прощай, немытая Россия!» - Сказал нам парус и уплыл... Во Франции, где небо синее, Нырнул в одну из местных вилл.

Я живу в том странном мире, Не похожем на другие, И лишь только с небом синим Я связал страданий боль.

То, что радостью зовется В море грусти окунется.

Вспомнишь лето с листьями зелеными И наполненные Солнцем дни... Кое-где в мечтаньях опаленных Пронесутся призраки любви.

С нетерпеньем отстранял беду, А она совсем не отстранялась, Приближалась серыми глазами, Не сказав ответ на «почему?», Создавая долгую усталость, Мучая бессонными ночами.

Моя рука, от холода застыв, Как будто помнит рук твоих касанье. Нам наши жизни не соединить, Далеких встреч уснут воспоминанья.

С нетерпеньем торопил судьбу, А она не торопилась вовсе, И текла, текла ночной рекой, Не сказав ответ на «почему?» Забирая гаснущий покой.

Подумалось — исчезло время. С ведром зонта не буду я ходить Под мелким неприятным частоколом Холодных капель. Хочется забыть Мучений неизбежное теченье Среди разбившейся мечты осколков.

В депрессии живешь как автомат, В одном большом туманном полусне, А за окном то серо, то темно. Чеканишь медленный бескрылый шаг В привычно-уличной толпе, Меня впитавшей слякотной волной.

Уже недолго ждать осталось... Конечно — надо жить и верить - Снег выпадет, депрессию пройдешь, Наполненный больной усталостью. Ну а пока мне заоконный дождь Откроет в Неизведанное двери.

Все исчезло и нет ни мечтаний ни мыслей, Ни надежды, ни счастья, ни горести нет. Во всем мире одни только желтые листья, - Их так много осталось лежать на земле.

Хотел ты родиться, но долго не мог, Веками ждал в космосе тела. Явилась возможность родиться на срок - Лети на планету по делу. Оденешься в тело, впитаешь мораль. Возникнув среди человечества, Ты в школу пойдешь, получишь тетрадь. Десятки годов среди вечности.

Взялись неизвестно откуда, Уйдем неизвестно куда, А каждое утро, как чудо, В песок утекают года.

Исчезает и будущее и прошлое, Только листья ложатся на землю неслышно Друг за другом, тоской припорошены, И замерзшие сумерки красками дышат.

Вдохнув продрогший воздух октября, Душа не хочет расставаться с домом, Где многое родное и знакомое, И уходить среди дождя.

В тот месяц долго шли дожди. Ботинки протекали — ноги мокрые. А ты давно живешь с другим - От этого хотелось сдохнуть.

Я слышу шёпот неродившихся идей, Ночных стихов, полетов в пустоте, Тоски, заброшенной в минувший день, И разговор деревьев во дворе.

Глотнув дрожащий воздух сентября, Душа не хочет расставаться с летом, Где в августе пролилось много света. А осень видится тоской дождя.

Горячий чайник жалобно свистел, Надеялся на выключение. Я вспомнил очередь в СССР За сыром, за носками, за печеньем. Свист чайника проносится во тьме Нездешним стоном бесполезным. Я вспомнил лозунги в стране Так просто улетевшей в бездну.

Над проспектом в воздухе висят Алые седые облака. Знаю почему — немой закат Их окрасил в красное слегка.

В сердце очень много боли, На душе холодный газ. Отфутболит, отфутболит И не даст. Всё останется как было - Отфутболит, отхоккеит. Солнца радостное мыло Сердце мне не склеит. Дома горестно и жутко - В сердце очень много боли. Она скажет: «Было шуткой». И отбаскетболит.

Пошёл в магазин, купил банку опят. Иду я домой, а мысли вопят - «Зима, снежный холод пустой - Уснуть бы — проснуться весной».

В подъезде муза, а в квартире газ ли? Носки стирал и лампочки не гасли. Один живу и очень одинок, И рвется чёрный у меня носок. Подумал я, мы все умрём, как Пушкин - Нас выбросят, как сломанные пушки. Мы все умрём, заплакал я невольно, Носки стираются, я недоволен. Носки кружатся, вертятся, как люди, И жизнь закончена когда-то будет. Носки достал и рваные я выбросил - Так и меня вперёд ногами вынесут.

Весна меня поцеловала Холодным солнечным лучом - Я проходил через кварталы В обычном шуме городском. А мысли в памяти скользили По-своему — весенним снегом, Они страданья уносили Привычным тепло-ярким бегом. Любовь холодною весной Пришла и распахнув окно, Шепнула тихо: «Я с тобой, Тебе и счастье суждено». Она меня поцеловала Холодным солнечным лучом - Я проходил через кварталы Зеленым счастьем увлечен.

Фотоснимок жизни прошлой, Как частица волн далеких, День не будет одиноким, Ночь темна, как лес заросший. Ты прошел сквозь лед и стужу, Что же ты при этом понял? За пределом снежной боли Свет нездешний обнаружил.