Флэш (The Flash)

[Циско вылезает из вентиляционной системы, убегая от отца Цыганки] — Рамон, думаешь разумно красться при нашей то системе защиты?

Откуда у нас в коридоре самый страшный человек на свете?

У каждого героя свой путь. Если твой уводит тебя из города, — ты должен идти дальше.

У тебя нет жизни, но её можно построить. Здесь, с нами. Мы поможем. Ведь, бог свидетель, помощь тебе нужна.

Каждому действию есть противодействие.

— Как ты узнал, что так будет? — Мне просто повезло.

Наше везение — в наших руках.

— Когда мы делаем что-то хорошее, всё идет наперекосяк. — Мы прокляты. — Стоит освятить лабораторию.

— Я пойду настрою спутник на поиск тёмной материи, найденной костюмом. — Нет, не пойдешь. — Да, пойду. — Нет, не трогай! Не трогай мой спутник! — Ещё как потрогаю! — Стой!

— Может, сканеры в костюме что-то засекли? — Ты сказал, что всё вытащил из костюма. — Ладно, кое-что оставил. Не нравится — судись.

— И это не самое странное что случилось. Я поскользнулся на бочке шариков, как в каком-то мультфильме. — Тебе серьёзно не повезло. — Везения не существует. — Да? Моему кузену Гектору это скажи — его сглазила бывшая — уже три года не может найти парковочное место у центра.

Ты подвёл этот мир.

— Ты была так счастлива, когда я вернулся. — Я счастлива. Ты мне дороже всего... Слушай. Мне приходилось объяснять друзьям и родным, почему мы предупредили их о свадьбе, но не прислали приглашений. Мне приходилось лгать о твоём исчезновении... И ты бы видел их взгляды, когда они понимали что это не правда. Представь, что они думали о нас... И что о нас думала я. — Айрис... Я же вовсе не хотел бросать тебя. Мне приходилось улыбаться ради остальных, но моё сердце разрывалось. И мне кажется, что отчасти я не обсудил это с тобой, потому что... я боялся. Я боялся, что ты, — попросишь меня остаться. И мне не хватило бы сил тебе отказать. — Барри, откуда тебе знать, что я скажу, если ты не спрашиваешь? Я всегда готова помочь. Особенно, когда кажется что всё потеряно. Но ты должен мне позволить. — Порой, речь не только о нас или команде, когда груз ответственности ложится на мои плечи, мне его нести. Потому что я — Флэш. — Вот тут ты не прав. Раз я надела это кольцо, уже не может быть тебя, не может быть меня. Есть только мы. Флэш — вовсе не ты, Барри. А мы.

— Циско, тебе есть что сказать? — В полном составе было лучше.

— Думая о Ха-Эре, я вспоминаю историю, рассказанную Джоном Ленонном. Когда Леннону было пять лет, учитель попросил его написать, кем он хочет стать, когда вырастет. Он написал: «Счастливым.». Учитель сказал, что он не понял задание. А Леннон сказал, что учитель не понял жизнь. Ха-Эр понимал жизнь. Он не был гением у него не было суперскорости, но когда мы в нём нуждались — он стал нашим героем. Моим героем. — И моим. — Молодец, приятель. — Ха-Эр, спасибо что верил в меня.

— Послушай, эти люди — они... очень добрые. Им нужна твоя помощь. — Помочь... злодею, которого я пыталась остановить неделями? Нет, я не стану. Я согласилась на это лишь из-за Ха-Эра. — Ха-Эру нужна твоя помощь. — Ха-Эр мёртв. — Поэтому ты должна остаться. Из-за того, что Савитар отнял у тебя, из-за того, что Савитар отнял... у Ха-Эра. Из-за всего. Ха-Эр заплатил такую цену, потому что любил этих людей. Потому что любил тебя. И когда настал момент, Ха-Эр не убежал.

— Ты помнишь, как я приходил. У меня был какой-то тайный план? Разве я собирался неожиданно напасть? — Даже не знаю, может, мне нравятся твои мольбы? — Дело не в этом. Думаю, ты меня слышишь. Я всё ещё там. Я спрятан глубоко, за шрамами и болью. Эта часть тебя чувствует себя одинокой. Но она также знает, какого это — иметь семью. Иметь друзей. Ты можешь вернуть всё это. Мы можем избавить друг друга от боли. Помню, когда мне было шесть, я умолял маму и папу сводить меня на научную выставку. И вот, на просёлочной дороге, нам спустило шину. Запаски нет. Нас отбуксировали в крошечный городок. И конечно, мы застряли там на весь день. Мы купили мороженое, картошку-фри с соусом в небольшой закусочной. А после, вечером, мы смотрели на местный фейерверк. День все же оказался отличным. Это мое любимое воспоминание о маме и папе. Как назвался этот город? — Мейсон-Вилл. — Я всё ещё там. Вернись.

Я не позволю боли... и тьме, решать кем мне быть. Я не стану тобой.

— Я ненавидел Тоуна. И Зума. Они многое отняли у меня. И я ненавидел Савитара, за то, что он угрожал отнять тебя. — Он не отнял. — Знаю... Гнев даёт силу. Я его использовал. И вот, мы сидим, затаив гнев, и пытаемся найти способ ударить по Савитару. Даже убить его. Мне кажется, что в этот раз, ненависть — не выход. — Ты о чем? — Снарт сказал мне кое-что: «Флэш всегда должен оставаться героем. Иногда, не важно то, кто бьёт сильнее или бежит быстрее...». — И что ты сделаешь? — То, чего он ждёт меньше всего.

— Зачем ты это сделал? — Я не мог быть трусом... Я не трус.

Привет, Барри. Я должна кое-что сказать тебе. Я люблю тебя. Если что-то случится — ты должен это услышать. Я, Айрис Уэлл Уэст, беру тебя, Бартоломью Генри Аллена, в мои законные мужья. С этого дня я буду... рядом с тобой, в болезни и здравии. Буду любить и беречь... Пока смерть не разлучит нас.

Перчатки? На месте. Очки?... На месте. Суперсилы...? На месте.

Я знаю — ты здесь!... Выходи и дерись как женщина!

Посмотри, Джо. Она приняла свою судьбу. И тебе стоит.

— Он сказал, что будто смотрел в зеркало — и он прав. Но мы не просто выглядим одинаково. Что-то было в его глазах. Внутри них была боль. Я видел это и в себе. Когда я думаю о том, как жестоко были убиты мои родители... Иногда мне хочется ответить на эту жестокость большей жестокостью. Мне хочется, чтобы кому-то тоже было больно, как мне. — Но ты так не поступишь. Ты — не он. Ты добрый человек. — Но, внутри меня, в моём сердце — эта... сила, эта боль — вот, что породило Савитара. Утрата. Утрата тебя. — Ты меня не потеряешь. Ты слышишь? Мы остановим Савитара. Ты не один, а он — да. И он не бог. — Джей сказал, что мы не боги. Он ошибся. Мы можем ими быть — с нашей скоростью это проще простого. Когда любовь в нашем сердце утопает в гневе, когда плохие воспоминания перевешивают хорошие... Кем мне придётся стать, чтобы остановить его?