Глухарь

Теперь что, каждый может записывать всё, что он хочет?

Полиция — смешно звучит.

— Серёжа, ты пьян! Что ты себе позволяешь? — Что значит, «что я себе позволяю»? Ты же мне не позволяешь, вот я сам себе и позволяю.

— ... Всё пофигу. А вот это мне не нравится: то, что мне всё пофигу. Что с нами происходит, Серёг? — Да ничего не происходит! Вымотался ты. А пофигизм — это такая защита, чтобы не сойти с ума.

— А вы кто? — Я — Шерлок Холмс, а это мой друг и коллега — доктор Ватсон. Ну что, сколько девчонки задолжали? — Да я подождать могу, ну правда, пускай девчонки в кредит поживут. Ну я же не против. — Ну и правильно, вот мы тебе сейчас тебе и кредит оформим и реструктурируем. Во я какое слово знаю. — И укоротим что надо, будешь в опере петь. Спасибо нам замучаешься говорить...

— Какие новости? — Сбежала жопа с Московской области.

— Я по поводу твоего дела о тяжких телесных повреждениях... — А что такое-то, Ирина Сергеевна? Я что-то не так сделал? — Да нет, ничего. Я просто хочу знать, что там и как. — Да, конечно. Значит, 18 ноября сего года во дворе жилого дома многоэтажного. То есть, нет. Многоквартирного... и многоэтажного. — Слушай, Лёш, давай своими словами! Шершавый язык протокола тебе не идёт!

— Вот культурные люди здоровый образ жизни ведут. Может, и мы тоже сходим в парк? Девок своих возьмём? — Побегаем? — Ну... Девки пускай побегают, а мы пиво попьём. — Это хорошая идея, мне нравится. Я «за»!

— Вы завели на него уголовное дело или нет? — Заводят детей или щенков! Дела возбуждают!

— Лузеры мы с тобой, Антошин. — Живут же люди... Машина с водилой, дом на Рублёвке, вилла в Испании. Нахрена ему одному столько? — Да заливает он... — Я вот одного не понимаю: мы чего, хуже, что ли? Ты вон в школе в сто раз лучше учился, чем Юрец. — Нет, ну мы одинаково шли... У него по истории пятёрка была ещё! — Ну я же говорю, ты умней! — Ага, был бы умнее, не сидел бы на окладе в 35 тысяч. — Да, это точно! Вот и получается, что он теперь в шоколаде, а мы в заднице. — Нет. Сколько раз я тебе повторял: мы не в заднице, а в органах внутренних дел! — Ну это, в принципе, одно и то же!

Преданность, как известно, за деньги не купишь.

— Ты вот, например, много знаешь об учении Рериха? — Ну чего-то читал то ли по истории, то ли по философии. И усвоил для себя одну истину. — Какую истину? — Понял, что нифига не понял!

— Ты, кстати, чипсы взял или что-нибудь к пиву? Или мы опять будем тупо напиваться? — Зачем тебе этот холестерин? Потребляй чистый продукт! — А пиво, значит, не холестерин тебе, да? — Нет, пиво не холестерин. Там спирт, это дезинфекция.

Ну вот видишь, с кем приходится работать? Либо смелый, либо умный. А вот как это всё слепить вместе?

Я, конечно, понимаю, когда люди покупают небольшой пистолет. В наше неспокойное время это хоть и мнимая безопасность, но она согревает душу. Ну или просто, это обычная мужская тяга к оружию.

Любая снисходительность или нерешительность — это слабость. Во всяком случае, именно так её расценивают окружающие.

Знаете, что такое нефть? Нефть — это, прежде всего, власть. Ею у нас смазывается каждый рычажок, каждое колёсико в системе.

— Да пикапер он обычный, только с повадками насильника. — А на фига так сложно-то? — Ну, понимаешь, вампиры — это сейчас так модно. Малолетки от них ссутся, да и бабы постарше. Это образ романтического героя. — Да не гони! — Ну а чего гнать-то? Это для нас слово «упырь» обидное, а девушкам нравится.

— Нет, Серёг, ну нормальную ты мне задачку задал? Откуда я знаю, что пацану подойдёт? — Ну я не знаю, зачем я тебя попросил Настю с собой взять? У неё же есть брат, она должна знать. — Да, Настя меня уже убила плюшевыми чудовищами... — Динь, ты о чём в детстве мечтал? — Лётчиком стать! — Слышь, лётчик, ты купи что-нибудь как себе! У тебя уровень развития как раз подходит на этот возраст!

Отсутствие плохих новостей — это уже хорошие новости.

— Они обобрали меня как липку. Всё проиграл, всю зарплату. — Так у нас же нет вроде игровых автоматов? — Это карты. Покерные клубы. Они теперь вместо игровых автоматов. Это просто как клуб, как бильярдная. Ты приходишь, платишь взносы, что якобы играешь, а там уже по-настоящему начинаешь играть. — А как же они зарабатывают? Одними взносами сыт не будешь, а игроки играют между собой. — Я так понял, они спецов там подсаживают. — Шулеры? — Просто хороших специалистов. Вот они-то весь куш и забирают. Вы знаете, мне даже больше игровые автоматы нравились. Один вот раз проиграл, и вроде обижаться не на кого. — Да и сейчас не на кого, кроме себя...

Иногда неприятности сводят людей.

Когда быстро взлетаешь наверх, к славе, можно удариться головой не меньше, чем при падении.

Бесполезной информация не бывает...

... Серег, мы не ангелы. Но мы такие, какие мы есть. А представляешь, если даже таких, как мы не будет? Вот, приходит человек в ОВД, а там даже таких, как мы — нет. Ведь это могут быть наши близкие, друзья, родственники. Так что, мой «Серый коллега», это наш долг. Не, не тот долг, что там: «Торжественно клянусь!..» А долг — оставаться людьми в сложной ситуации.