Джеймс Бонд

Истории не слишком благосклонны к тем, кто мнит себя Богом.

Отчего же люди, не терпящие советов, охотно дают их сами?

Меня пугает то, что мы больше не знаем своих врагов — их не найдёшь на карте мира. Это не страны, а отдельные личности.

— Грустно смотреть на эту картину. Могучее боевое судно за ненадобностью идёт на металлолом. Но время неумолимо, не правда ли? А что видите вы? — Большущий корабль. Извините.

— 007, я ваш новый ассистент. — Это какая-то шутка? — Потому что я не в белом халате? — Потому что вы слишком юны. — Моя внешность вряд ли имеет значение. — Ваш опыт — имеет.

— Я ваш кошелек. — Похоже, я не продешевил.

— О, номер с общей спальней... — Но при этом, я из строгой католической семьи. Поэтому лучше номер с двумя спальнями — для отвода глаз. — Как же я не люблю, когда между нами встает религия. — И религия, и закрытая дверь.

— Сколько нефти пообещали американцы? — Дело не в нефти. — Это хорошо. Ее и нет. — Дело в доверии. Вы говорили, вами движет не месть. — Мною движет только долг. — Нет. По-моему, вы так ослеплены неуемной жаждой мести, что вам уже все равно, кто умрет. Когда не видишь, кто друг, кто враг — пора уйти. Вот ей расскажите про то, что нефти нет. У нее в легких — полно. — Это Грин. — Несомненно. Но почему? — Я допустил оплошность. — В смысле, ее за что, Бонд?! Она должна была всего лишь отослать вас домой. Она работала в офисе. Вот она, сила вашего обаяния, Джеймс. Они на все готовы, верно? Сколько женских трупов? Вы отстранены, вас ожидает служебное расследование. Сдайте оружие этим людям и следуйте с ними.

— А почему тебя интересует Грин? — Он пытался убить близкого мне человека. — Женщину? — Да. Но не в том смысле. — Твою маму? — Она так считает.

— Останьтесь со мной. Останьтесь, прошу вас. Пожалуйста. — Погоди. Ну, как? — Так лучше. Даже не больно. — Матис — псевдоним? — Да. — Не очень удачный. — Мы простили друг друга? — Жаль, что я отошел. — Веспер. Она все за вас отдала. Простите ее. И себя простите.

— Ты хоть понимаешь, как я злюсь на себя? — Не представляю. Должно быть, в ярости. Хочешь пойти на вечеринку? — На вечеринку? Но мне нечего надеть. — Исправим.

— Что за встреча. Вы с ней осторожней. Если не получит того, что хочет, она не ляжет с вами в постель. А досадно, ведь она восхитительна, когда укладываешь ее на спину — А мне, к сожалению, похвалить нечего. — Простите, мистер Грин, нам пора. — Друзья зовут меня Доминик. — Пусть зовут. — Много ли ты знаешь о мистере Бонде, Камилла? Он ведь довольно тяжелый случай. В его Ми-6 жалуются, что он неуправляем. Это в смысле, все, к чему он ни прикоснется, увядает и умирает. — Идем. — Боюсь, неважные у тебя перспективы. Впрочем, вместе вы — очаровательная пара. Оба, как это говорится? Порченый товар.

— Ну, а вам что не спится? — Размышлял, почему вы полетели. — Непросто признавать свою неправоту. Дать снотворное? — Нет. — Болеутоляющее? — Нет. — У меня таблетки на все случаи жизни. От одних — худеешь, от других — не помнишь.

— Мистер Бонд, моя фамилия Филдс. Я из консульства. — Разумеется. Чем занимаетесь в консульстве? — Не имеет значения. Приказано развернуть вас и посадить на ближайший самолет в Лондон. — Приказ — относительно обоих? — Простите, я не знаю, кто вы. — Едва уволены — и уже позабыты. — Вам лишь бы мне сердце ранить. — Мистер Бонд, этот приказ исходит от самой высокой инстанции. — Такси. А когда ближайший рейс на Лондон? — Завтра утром. — Значит, у нас есть ночь. — Если попытаетесь бежать, будете арестованы и доставлены к самолету в цепях. Это ясно? — Как Божий день. Прошу. — Такие шалят с наручниками. — Надеюсь.

— Получили снимки? — Вы знаете, какова связь между этими людьми? — Я слышу напряжение в голосе. — Вы должны вернуться на доклад. — Нет времени. — Бонд, вы убили человека в Брегенце. — Я пытался этого избежать. — Застрелили и сбросили с крыши. Это называется «пытался избежать»? К тому же учитывая, что он был агентом специальной службы. — Ну, и кого он охранял? — Вы плохо расслышали, кто вами убит? Вы должны вернуться. — Сразу как найду того, кто пытался убить вас. Спокойной ночи.

— Вероятно, этот: Доминик Грин, директор «Грин плэнет». Компания коммунальных услуг. Также занимается филантропической деятельностью, скупая участки земли под экологические заповедники. Вам послан снимок. — Да. Это он. Все его прочие активы окутаны туманом. Больше информации у нас нет. — Соедините с Лэнгли. Связываем. Вы на связи. Интересует Доминик Грин, «Грин плэнет». — Перевожу вас. Вам ответит Грегори Бим. — Грегори Бим. Слушаю вас. — Здравствуйте. — Простите, что заставил ждать. У нас нет интереса к мистеру Грину. Связь прервана. — Грин их очень интересует. — Но он же ответил... — Таннер, я спросила о нем, и она тут же переключила на главу отдела Южной Америки. Это означает, что они следят за ним!

— Вызываю 007. — Таннер. — Узнайте про Слейта. — Что про Слейта? — Скажи: Слейт — это дохлый номер. — Слейт — дохлый номер. Соединение прервано. — Черт, он убил его!

— Мы частенько плохо знаем друг друга. Но вас мне знать нужно. Чтобы оценить степень доверия. — А вы не знаете? — Ну, только бездушный человек не захотел бы отомстить за любимую женщину.

— Ну, почему ты не можешь быть паинькой и просто умереть? — Ты первый. — А ты — вторая. — Встать! — Анализ ситуации: безнадёжна. У тебя нет ни поддержки, ни пути отступления. И все козыри тут у меня. — Где она? — О, да! Твоя главная слабость. Урумов, приведи её. Прелестная девушка. Сладкая, как клубничка. — Понятия об этом не имею. — А я уже имел. Вернёмся к тому, с чего начали, Джеймс. Твой друг или задание? Брось пистолет и сохранишь ее жизнь. — Урумов, что этот казак тебе обещал? Ты ведь знал об этом, не так ли? Он Ленский казак. — Это всё в прошлом. — Он предаст тебя! Как и любого другого. — Это правда? — Правда, то, что через 48 часов у нас с тобой денег будет больше, чем у господа Бога. А по мистеру Бонду проведут скромную заупокойную службу. На которую придут лишь Манипенни и несколько скорбящих владельцев ресторанов.

— Доброе утро, мистер Бонд. Садитесь. Я министр обороны, Дмитрий Мишкин. Итак, по какой статье нам вас осудить, мистер Бонд? — И даже не побеседуем? И не поболтаем? Никто не хочет тратить время на серьёзный настоящий допрос. А это очень плохо. — Ваше чувство юмора меня не трогает. Где «Золотой глаз»? — А я думал, он у вас. — У меня английский шпион, программист с «Северной», и вертолёт. — Так ваш предатель все и представил. — Кто стоит за нападением на «Северную»? — У кого был код доступа? — Наказание за терроризм всё ещё смерть! — А за измену? — Остановитесь! Вы оба! Остановитесь! Вы, как мальчишки со своими игрушками. Это был Урумов. Генерал Урумов запустил оружие. Я сама видела это. — Вы уверены, что это был Урумов? — Да. Он всех убил и похитил «Золотой глаз». — Но для чего ему это делать? — Есть ещё один спутник. — И ещё один «Золотой глаз». Благодарю вас, гражданка Семенова. Так что вы там говорили про утерянный способ допросов, мистер Бонд?

— Пистолет вам не понадобится, капитан. — Это гарантия безопасности при сексе.

— Я хочу, чтобы ты вывел меня на Януса. — Что же он такое натворил? — Украл вертолёт. — У меня их шесть. — Три. И ни один не летает. — А кто считает-то?

— Если говорить откровенно, тебе не найти этого парня. Он сам найдёт тебя. Это всё русская мафия, чёрт её дери! Максимум, что я могу сделать, это вывести тебя на его конкурента. — И кто же этот конкурент? — Бывший сотрудник КГБ. Хромой на правую ногу, Жуковский. — Валентин Дмитриевич Жуковский? — Да. Ты его знаешь? — Это из-за меня он хромает.

— Итак, господин Бонд, что привело вас в мои края? А? Всё ещё работаете на «МИ-6» или присоединились к двадцать первому веку? Я слыхал, что новый агент «М» — женщина. — Я хочу, чтобы ты оказал мне услугу. — Он хочет, чтобы я оказал ему услугу! Моё колено болит каждый день. В два раза сильнее, когда день холодный. Ты хоть знаешь, сколько длится зима в этой стране? Скажи ему Дмитрий. — Всё зависит от... — Молчать! — Ты бывший агент КГБ. Ты меня удивляешь. Моё мастерство заключалось не в том, чтобы попасть в колено, а в том, чтобы не задеть остальное.

— Джеймс Бонд... Очаровательный секретный агент. «Взболтать, но не смешивать». — Смотрю, ты не потерял своего утончённого чувства юмора, Валентин. Или тебе просто необходимы зрители? Кто это там воет, как кот? — Воет? Это Ирина, моя девушка. — Талант.