Джокер

— Ну и куда делось все это «ты распускаешь ручки, а я хочу работать»? — Я расширяю свои методы. — Кто я такой, чтобы сомневаться во врачебных решениях? Все-таки это ты у нас в умных очках. — Так и есть! Так что снимайте всю одежду! Приказ врача!

Ахх Боже, ты отвратителен. У тебя даже шарма нет, только лишь... Очевидность. Тупой, скучный... Не интересный. Очевидный. Позор тебе.

— Ты собираешься убить меня? — Нет, ты мне нужен живым... чтобы я могла увидеть выражение твоего лица, когда я буду управлять этим городом.

— Чёрт подери! Ну, чего ты ждешь? Вышиби из меня всю дурь и сорви аплодисменты. Давай! — Нет, не в этот раз. Я не хочу тебя бить. Я не хочу, чтобы один из нас в конце концов убил другого. Но у нас кончаются альтернативы. Возможно, это зависит от этой ночи. Я не знаю, что с тобой случилось, что так искорёжило твою жизнь, но, возможно, что и со мной случилось что-то похожее. Возможно, мы можем работать вместе. Я мог бы реабилитировать тебя. Тебе необязательно быть одному. Нам не нужно убивать друг друга. Позволь помочь тебе. — Извини, но нет. Уже слишком поздно.

— Ты не понимаешь, и никогда не понимал. — Чего? Что твоя мораль не позволяет тебе переступить эту черту? — Нет! Всё не так! Нет. Это было бы слишком просто. Больше всего на свете я хочу убить его. Не проходит и дня, когда я не хотел бы помучить его также, как он мучил других и потом... прикончить его. — Ооу, значит, ты обо мне думаешь? — Но если это сделаю, если я позволю себе пойти по этому пути... Я никогда не вернусь. — Почему? Я не предлагаю убить Пингвина, Пугало или Данте. Я говорю... о нём. Только о нём. Я бы убил его, потому что он... забрал меня у тебя. — Я не могу... Прости.

— Прости, родная, пуленепробиваемое. — Так даже лучше, пирожок. — Чтож, Харли, если бы я не знал тебя, я бы сказал — ты пытаешься убить меня. — Между нами все кончено! У меня появился кое-кто другой, кое-кто лучше!

— Пошли, у нас мало времени. — Новый парень? — Точно! Ты же не ревнуешь, да? Это он. — Я тебя знаю. Мы работали вместе однажды. Нет, стой, не подсказывай, не подсказывай. Дэдхэд? Пакшот? — Можешь ее забирать! Спорю ты и рубашки покупаешь в «Сэкондхэнде».

— Харли! Это правда ты? — Черт! Не провали все. — Разве ты не хочешь даже сказать «привет»? — Парни, вы должны это видеть. Джокер только что заметил Харли! — Продолжай идти. — Скажи ему заткнуться. — Готов спорить тебе все еще страдаешь. По крайней мере, синяки уже зажили. Куда торопишься, Харл? — Заткнись! Заткнись! Заткнись! — Чтоб тебя! Пошли. — Может, она убьет его. — Ненавижу тебя, подонок! Я убью его! Я лично убью его за все, что он со мной сделал! — Женщины! Я прав, офицер? И жить с ними нельзя, и из движущейся машины не выкинешь.

— Ты чего закажешь? — Малый подарочный набор оптимиста, – я плюхнулся на стул. – Верёвку, мыло и табуретку.

Псих? Может, покромсать тебя на мелкие кусочки и скормить твоим псам, хмм? Посмотрим тогда, насколько верен голодный пёс!

— Ох! Вижу, ты привёл всю свою ущербную семейку. — Пуддинг, смотри — котёнок! Я могу взять его себе? — Только если у тебя руки лишние...

— Вставайте, мистер Джэй! Ну же, пуддинг! Прекрати грустить и начинай клоуничать! — Честно говоря, ты словно ничему от меня не научилась, Харли. Как много лет я учил тебя? И это твой «план побега»? Где стиль и шарм? Где же размах? — Оооо, «Пэнейч»! Обожаю их бублики!

Вы видите, каким безумным Бэтмен сделал Готэм? Если хотите порядка в Готэме... Бэтмен должен снять маску и немедленно сдаться властям. Каждый день промедления будет стоить людям жизни. Начиная с сегодня. Я — человек слова.

— Тебе есть, что сказать доброму дяде, Джейсон? — Меня зовут... Джейсон Тодд. — Кого ты ненавидишь? — Бэтмен. — Отлично! Конечно же, это так! Дошло, Бэтс? Ребёнок больше не твой. Он мой! Мой-мой-мой-мой! Сделаю с ним всё, что пожелаю!... Эй! Так и не спросил. Открой мне секрет — кто эта большая мерзкая летучая мышь? Его имя. Говори. — Конечно, сэр. Это... [Джокер убивает Джейсона] — Всегда терпеть не мог ябед. Поэтому работаю один — чтобы некому было испортить шутку. Тебе стоит попробовать. В конце концов, ты же видишь, что случается, когда ты вмешиваешься в маленькую безумную игру своих друзей?

— ... Что такое? Боишься, бить буду? Ну, ты чего? Это не я тут злодей. О, нет-нет-нет! Это Бэтмен! Он бросил тебя! Оставил, как надоевшего щенка. «Можно его оставить, папочка? Ну, пожалуйста, я буду о нём хорошо заботиться». — Нет! — «Всё, что душе твоей угодно, принцесса. Только пусть все знают, что он твой. Мы же не хотим, чтобы он сюда вернулся, правда?» — Пожалуйста, нет! — «Нет, папочка! Я хочу, чтобы он был со мной всегда!» — Нет, пожалуйста! Нет!

— Бэтмен... Это ты? — Бэтс тебя не спасёт, Джейсон. — Он придёт. — Прошло уже полгода, Джейсон. Пора бы признать очевидное. — Пошёл ты! — Молодец! Прям точная копия Бэтмена. Не то, чтоб это очень тебе поможет... — Почему ты меня просто не убьёшь? — Что? Нет-нет-нет-нет! Убивать не буду — по крайней мере, сейчас. Ты теперь мой помощник. Только представь: мы с тобой на улицах — устраиваем драки, обираем слабых... Славный дуэт! Как Бэтмен и его новый пацан. — Это неправда. — Уверен? Значит, это не Бэтмен? Странно — обычно, его так легко узнать по ушам. — Нет... — Я очень не хотел показывать тебе это фото, но иначе твоя мятущаяся тень не обретёт покой. Я знаю, что это больно, но иногда... боль помогает.

Никогда не извиняйся за то, как ты выглядишь.

— Привет, Бэтмен! Поймай своего злейшего врага! — Супермен — мой злейший враг. — Так он вовсе не злой! — Ну, что ж... В таком случае, злодея пока нет. Я просто сражаюсь с несколькими людьми. Люблю сражаться.

Проснувшись по утру, я не знал, что скоро сделаю стрижку самозванному владыке с другой планеты. Это было удачное совпадение. Но то, что сначала казалось мне пустой тратой времени, стало источником вдохновения... Я нашёл коллекцию Брейниака — все те несчастные города из разных уголков Вселенной, запертые на его корабле. У меня был только один вариант — я восстановил их... и устроил Земле «перезагрузку», в которой она так нуждалась. Я сшил безумное полотно из разных цивилизаций, где не было ни ладу, ни складу. Испуганные и потерянные, опустившиеся до примитивных инстинктов, они убивают друг друга самыми мерзкими способами. А я тут сижу, жру попкорн и тащусь, глядя, как весь мир горит! Хи-хи! Ха-ха! А-ха-ха-ха-ха!

— В Готэме, пока я руковожу, никто не стоит выше закона, в том числе и Брюс Уэйн. После того, как он зверски избил Освальда Кобблпота, у меня не было другого выбора, кроме как посадить его в Аркхем. — Эта двуличная тварь... — Ух ты! Он только что сдал тебя с потрохами! А я думал, вы с мэром — друзья... Ты ведь поддерживал его на выборах. Я видел САМЫЕ РАЗНЫЕ фотографии, на которых вы были вместе. — Это из-за него я здесь сижу... Этот... ублюдок... Поверить не могу, что он так поступил со мной. — А ты вспыльчивый. Я, знаешь ли, тоже.

— Добро пожаловать в Аркхем, Брюс. Веришь или нет, но некоторые здесь действительно сумасшедшие! — Да, я... э-э-э... спасибо, что предупредил. — Что тут сказать? Я по натуре альтруист. Всегда стараюсь приглядывать за новичками.

— Может ты знаешь, откуда у меня эти шрамы? — Нет, но я знаю откуда у тебя ЭТИ!

— А тебе чего обломилось? — с невинным видом полюбопытствовал Джокер. — Большое спасибо сказали, — невероятно правдивым тоном ответил ему я. — Насколько большое? — упорствовал вор. — С троекратным лобзанием в обе щеки, хлопаньем по спине и приговариванием: «Молодец».

— Окажи себе услугу, Харлин — держись от него подальше. — Она не уходит — она уволена! Ещё не хватало подцепить твоё ничтожество от тебя! — Что?! — О, ничего! Пустяки! Я приготовил щедрую компенсацию. — Джокер! — Нет-нет, иди спасай мир. Я с этим справлюсь... Оу! — Потом меня поблагодаришь, Харлин. Может, Супермен и был прав насчёт тебя...

— Шалтай-Болтай с крыши упал, Шалтай-Болтай свой костюм про... — Отличный цвет. Идёт к твоим глазам. Весьма стильно... — Если не хотите, чтобы Супермен победил, отойдите. Оба. — Так ты против Супермена? Вы же не разлей вода! — Это только для вида. Чтобы помочь сопротивлению. — Что ж... Не против, если я присоединюсь? Куколка, помоги мистеру Лютеру выбраться из «моего» костюма. — Один момент, сладкий! — Неа, не пойдёт!