Шерлок Холмс

— Это всего лишь набор цифр, совершенно бессмысленный. Ты правда думаешь, что пара строчек компьютерного кода разрушит мир вокруг нас? Ну, я разочарован, очень разочарован тобой, заурядный Шерлок. — Но ведь ритм... — Партита №1, да здравствует Иоганн Себастьян Бах!

Сейчас же приходите, если можете. Если не можете, приходите все равно.

Дело серьезнее, чем я предполагал, — сказал он. — Я должен предупредить вас об этом, Уотсон, хотя наперед знаю, это только подстрекнет ваше стремление лезть туда, где есть шанс сломать себе шею.

Театр потерял в моем лице ровно столько, сколько выиграло правосудие.

Именно сейчас я и почувствовал, как мне недостает моего Уотсона. Уж он-то всякими интригующими вопросами и возгласами удивления умеет возвысить мое несложное искусство до уровня чуда, хотя в действительности оно представляет собой не что иное, как систематизированный здравый смысл.

Женщина остается для нас, мужчин, совершенной загадкой. Она может придать забвению или хотя бы принять на веру прошлое, пусть даже тяжкое преступление и в то же время терзать себя из-за сущего пустяка.

Видимо, мои уроки прошли зря. Вы до сих пор верите официальным заявлениям?

Я говорю «удача», но я не встретил бы ее на своем пути, если б не искал.

Записка эта мне ничего не говорит, кроме того, что там что-то затевалось и что тут, как всегда, дело в женщине.

Шерлок: Да помолчите вы все! Ни звука, ни слова, ни единого вздоха! Я думаю! Андерсен, смотри в сторону — отвлекаешь! Андерсен: Что? Мое лицо отвлекает? Лестрейд: Всем замереть и тихо. Андерсен, отвернись.

— А вы какого чёрта здесь? — Я тоже рад вас видеть!

— Кажется, миссис Хадсон узнала о его жене в Данкастэре... — Что будет, когда она узнает о жене в Исламабаде!

— Вы вроде смеетесь, мистер Холмс? — А вы что, шутите?

— Трём твоим друзьям придёт конец, только если... — ...только если я не покончу с собой, завершая твою сказку. — Возбуждает, согласись? — И уйду я опозоренным... — Ну, в этом же и смысл весь!

— Ты сумасшедший! — Только что догадался?

[Джону надевают наручники] Шерлок: Ты тоже со мной? Джон: Да! Оказывается, нельзя врезать по носу шефу полиции!

— Здесь следы кончаются. Неясно, куда они пошли дальше. В конце концов, это ничего не даёт. — Вы правы, Андерсен. Ничего. Кроме размера обуви, роста, походки и скорости ходьбы!

— У меня не всё хорошо. — Говори, что случилось? — Молли, возможно, я скоро умру. — Что мне сделать? — Если бы я не был тем, кем ты меня считаешь, кем я себя считаю, скажи, ты бы помогла мне?

Когда два пути, по которым развивалась мысль, скрещиваются, точка пересечения дает максимальное приближение к истине.

— Бежим! Возьми меня за руку. — Вот теперь точно пойдут слухи...

Сказки предпочтительнее правды. Моя блестящая дедукция — блеф. И ни у кого нет комплексов, раз Шерлок Холмс — заурядный человек.

— Считай этот звонок... моей запиской. Люди ведь так поступают. Оставляют записку. — Когда оставляют записку? — Прощай, Джон.

— Камеры. За нами следят. — Что?! Камеры? Здесь? Но я же в ночной рубашке!

— Но чужой человек не может вот так просто войти в школу. — Кто угодно может попасть куда угодно, если выберет правильный момент.

Мертвые не улетают на небо, их свозят в особую комнату и сжигают.