Ты говоришь, ты не такой как все, хотя на самом деле такой же. Ты хочешь, чтобы я отличалась от них, только отличалась на чуточку, а не была совершенно другой.
Ты говоришь, ты не такой как все, хотя на самом деле такой же. Ты хочешь, чтобы я отличалась от них, только отличалась на чуточку, а не была совершенно другой.
Ты точно не с этой планеты. Ты права. И ты отличаешься от других куда больше, чем на чуточку.
Было так хорошо иметь кого-то, с кем я мог поговорить, не взвешивая каждое слово.
Я не выношу города. И не терплю людей, в них живущих. У них слишком малы умы, но слишком велико самомнение. Как говорится, с изнанки — серенько, с обложки — беленько. Они словно фаст-фуд. Жирная пища, но совершенно, угнетающе бедная по чувству насыщения.
Я не стал говорить, что все хорошо. Я чувствовал, что она была из тех, кто прекрасно понимал, что это не так.
Похоже, кроме меня никто не обращал на музыку внимания. А мне она проникала прямо под кожу.
А я просто хотел знать. Это всегда было моей проблемой.
Кровь моего сердца — защита твоя!
В один прекрасный день ты проделаешь дыру в небе, и вселенная в нее провалится. Тогда у нас у всех будут неприятности.
Малоизвестный факт обо мне — я постоянно читаю. Книги были тем единственным, что отдаляло меня от Гатлина, хоть и на короткое время. У меня в комнате на стене висела карта, и каждый раз, когда я читал о каком-то месте, куда хотел бы поехать, я помечал это место на карте. Нью-Йорк из «Над пропастью во ржи». «В диких условиях» привели меня на Аляску. Когда я читал «В дороге» я добавил Чикаго, Денвер, Лос-Анжелес и Мехико. Керуак вообще-то мог завести вас куда угодно.
Я не хотел прожить всю свою жизнь, как проживал ее мой отец — жить в одном и том же доме, в том же маленьком городе, в котором вырос, с теми же самыми людьми, которые никогда не мечтали уехать отсюда.
Я не мог отпустить ее. Не мог потерять ее. Как будто я был влюблен в нее, хотя понятия не имел, кто она. Вроде как любовь до первого взгляда.
Темноте не покорить темноту, это лишь свету подвластно. Ненависть никогда не одолеет ненависть, такая сила есть только у любви.
Мы жили в самом эпицентре пути в никуда.
Раскрыв свои тайны ветру, не удивляйся потом, что о них узнали деревья.
Я хотел сказать, что когда мы с ней были вместе в наших мыслях, даже если сами при этом были за миллионы миль друг от друга, я был к ней ближе, чем к кому бы то ни было раньше.
Комнату освещал лишь экран телевизора. Как раз шел тот эпизод, в котором отец семейства размахивает окровавленным топором и рубит дверь гостиницы, пытаясь уничтожить свою семью. Не самые подходящие кадры, когда стучат в твою дверь — особенно в ночь Хеллоуина.
Мне нравится Рождество. Грубо говоря, оно напоминает нам о мире и доброжелательности. Но грубить каждый год надоедает.
Ах, смертные. Я завидую вам. Вы думаете, что можете изменять свой мир. Ускорять и останавливать Вселенную. Исправлять прошлые события, которые случались задолго до вашего рождения. Вы великолепны! Вы прекрасные создания.
В нашем краю не бывает сюрпризов. Иногда у меня создается впечатление, что мы живем в эпицентре абсолютного застоя.
— Совсем глаз не видно. Разве ты не знаешь, что глаза являются окнами души? — Вполне возможно, что и так. Но я не хочу, чтобы кто-то заглядывал в меня без спроса.
Кстати, я много читаю. Об этом почти никто не знает. Только книги позволяют мне вырваться из Гэтлина — пусть даже на короткое время.
Драгоценности творят чудеса! Поверьте мне на слово. И, конечно, любовь. И возможно, надвигающаясь опасность.
Иногда лучше молчать, чем говорить. Особенно когда ты не понимаешь того, что делаешь.
Даже потерявшись во тьме, моё сердце найдёт тебя.
2024 © «Мебель-24» - Данный интернет-сайт носит исключительно информационный характер и ни при каких условиях информационные материалы и цены, размещенные на сайте, не является публичной офертой, определяемой положениями Статьи 437 Гражданского кодекса РФ. Наш сайт не осуществляет НИКАКУЮ продажу товаров. Наш адрес: РоссияПосмотреть на карте |
