Цитаты на тему «откровение»

Вы высокомерны, а высокомерный человек не стесняется говорить правду своим подчиненным.

Каждому человеку есть что сказать своим близким. Не упускайте такую возможность и откройте душу, ведь время неумолимо уходит!

Все-таки откровенный разговор облегчает душу, хоть и выставляет нас не с лучшей стороны.

Не раскрывайте свои слабые места — по ним рано или поздно смогут ударить или нагадить сполна!

У каждого душевного откровения — своя доза настроения.

[Гамильтон] Вот и он! [Труппа] Вот и генерал! [Бёрр] Леди и джентльмены! Наступил момент, которого вы все так ждали! Гордость Маунт-Вернона – Джордж Вашингтон! [Вашингтон] Мы уступаем им в вооружении, Уступаем в живой силе, Уступаем в численности И организации! Мы должны сделать все возможное, чтобы выстоять, Эй, мне понадобится правая рука! Смотрите – Могу я хотя бы на минутку быть откровенным? Хотя бы на долю секунды? Могу я расслабиться и рассказать людям, что я испытываю? Теперь я – образец современного генерал-майора, Почетный ветеран Виргинии, чьи воины Проложили мне путь к пьедесталу. В письмах своим близким Опишите мою элегантность и мое красноречие. Но есть проблема, которая игнорируется, Правда, которая написана на ваших лицах, Когда вы слышите гром британских пушек (БУМ!). Любая надежда на успех мимолетна, Как я могу возглавлять войско, Если люди, которыми я командую, отступают? Мы положили конец кровопролитию, Когда британцы захватили Бруклин, Конь забрал ладью, но посмотрите: Мы уступаем им в вооружении, Уступаем в живой силе, Уступаем в численности И организации! Мы должны сделать все возможное, чтобы выстоять, Эй, мне понадобится правая рука! Ложись!

Откровение — моей жизни слёзы, радость и вдохновение.

Не бывает невинно пришибленных, как невинно вдруг убиенных — простейшее откровение, но людям и то - недоступно.

Иногда безумцы оказываются пророками.

Вы знаете, кто вы для меня? Вы для меня самые-самые лучшие из всех, кто есть на земле!

Рано или поздно это всплывёт. Правду нельзя скрывать вечно.

Сплошь и рядом человек, даже ваш друг, если он разоткровенничался с вами ночью, потом наутро, при свете дня, сожалеет об этом.

Я просто хотел убить себя. Я ненавидел музыку. Я думал что-то вроде: «Мне хочется снова отправиться в турне, ненавижу сидеть взаперти пытаясь расцарапать себе душу». Это очень больно — исследовать те области своего мозга, о которых ты предпочёл бы не знать. Ты сочиняешь что-нибудь и думаешь: «Чёрт возьми! Я не могу об этом сказать. Я не хочу, чтоб люди узнали об этом». Это нечто настолько обнажённое и искреннее, что тебе страшно это выпускать. Ты отдаешь часть своей души, выставляешь напоказ часть себя. Я стараюсь этого избегать. Я ненавижу это ощущение, когда ты посылаешь кому-нибудь свою кассету: «Вот моя новая песня. Я только что разрезал свою душу. Послушайте и покритикуйте».

Когда ты открываешься людям, они, как правило, используют твои откровения против тебя, а совсем не для того, чтобы перенять жизненный опыт.

У меня есть теория, что когда встречаешься с человеком впервые, необходимо быть откровенным. Ведь терять нечего. Через десять лет совместной жизни становится тяжелее. Нельзя проснуться однажды и сказать: «С годовщиной, милая! Вот он я, настоящий!» В этом всё дело. Мы никогда не будем больше видеть друг друга столь ясно и откровенно, как в этот момент, вот сейчас, в эту секунду! Я Вас очень напугал?

Каждый понимает откровения свыше по-своему...

— В этой книге нет откровений и это странно, учитывая, кто Ты. Ты не изливаешь душу, не даешь новой информации. — Просто у меня нет души. — Верно, но Ты их создал. Ты создал души. Души! Прочувствуй это, какого тебе? — Отвратительно.

Я даю людям возможность говорить, а что сказать — решают они.

Церковь совершенно не стремится к тому, чтобы люди не думали. Просто церковь считает, что у мыслей есть свой предел. И там, где заканчиваются размышления, начинается откровение.

Человек должен либо страдать и бороться, платя этим за более зоркое видение мира, либо его взгляд неизбежно сузится и лишит его глубоких духовных откровений.