Барни Стинсон

— Ну ты же хочешь стать парнем Робин? — Так, тихо, спокойно. Стой, стой, я не хочу становиться ее парнем. — Ну а чего же тогда ты хочешь? — Ну, не знаю. Я просто хочу быть с ней все время, хочу, чтоб она мне рассказывала, как прошел ее день, а я бы рассказывал о своем, я хочу держать ее за руку, чувствовать запах ее волос... Но я не хочу быть каким-то тупым «парнем».

— Как твои родители могут обо мне не знать? Ведь я твой лучший друг. — Вообще-то Маршалл.. — Но я самый важный человек в твоей жизни. — Вообще-то Робин.. — Но я неотразим...

Нет тебя — нет ссоры. Так говорил Ганди!

— Хрена с два. Мы будем вечно молодыми! — Ты в этом уверен? Потому что, кажется, как минимум раз в год нам напоминается совершенно о противоположном.

— Это не сработает. — Да, я знаю. — Так почему же ты все это делаешь? — Потому что я люблю ее!

Какое глупое вмешательство в мою личную жизнь... Продолжай.

Девушка — это что-то вроде тяжёлого гриппа: проходит через пару недель постельного режима.

— Я не куряга! Я курю только по особым случаям: после секса; когда рядом немки; иногда эти события совпадают; во время секса; на день рождения; перед сексом: на яхте; ну или если слышу «Я беременна!» — А почему ты сейчас куришь? — Я всегда в предсексовом состоянии.

Я знаю, что страшно ставить на себя. Но если ты этого не сделаешь — никто не сделает это за тебя.

Лицо в порядке, так сказать, И с грудью можно поиграть, Но я не стал бы западать.

— Мы решили пожениться! — О, как мило! Поздравляю, Лили! Маршалл, ты женишься?! Какого хрена?!

Это полный облом. Ведь когда я сбегаю от девушки, я же сплю с ней из вежливости. Это называется «хорошие манеры».

— Это же безумие! Никого не заводят мужские икры!! — Ну да, я бы тоже так сказал, если бы у меня были маленькие тощие куриные ножки! — Я буду на связи, ожидая твоих извинений!

Это печальный день для Нью-Йорка, воистину печальный. Знаешь, что я увидел по дороге сюда? Девушку в свитере! А ты знаешь, что это значит? Сезон оголённого тела закрыт!

Единственная разница между моей реальной жизнью и порно — это то, что в жизни освещение получше.

Объятия — это публичный секс в одежде.

Не нужно очеловечивать своего врага.

— Привет, дружище... — Барни, я в порядке! Это не обязательно. Вообще-то это даже немного странно, без обид, дамы. — Я вообще-то надеялся, что тебя нет дома.

У каждой женщины, какой бы стремной она ни была, есть часы русалки — время, за которое ты понимаешь, что хочешь ей вставить…

Пухлые щечки, размазанная тушь, красноватый носик — она недавно плакала. Такая грустная, беззащитная… У кого-нибудь есть презерватив?

— Мне, как минимум, нужно три раза переспать с девушкой, чтобы даже в мыслях допустить позвать её в ресторан.

— Предмет одежды настолько прелестный, что в брюках моих становится тесно.

Пожалуйста, пожалуйста, прошу, верни, прошу, Маршалл, дай мне ответить. Может быть, это что-то срочное, вдруг она застряла в гигантском лифчике.

Вот так всё и начинается. Сначала Робин уезжает к Дону, потом Маршал и Лили заводят ребёнка, а потом Тед будет обнаружен в своей квартире, съеденный кошками. Все меня покидают, и мне это не нравится!

— Вы посмотрите на эти SMS-ки. И этими же пальцами она пишет SMS-ки своей мамуле.