Барни Стинсон

— Куин позвала меня в подружки невесты. Её не смущает то, что мы с тобой встречались? — Куин ни капли не ревнивая. У неё железные нервы. Она... — Знать ничего не знает. — Именно.

Знаешь, что — это было четыре года назад, она, должно быть, обручена или вышла замуж уже... или, прости господи, толстая!

А может быть, я не хочу, чтобы меня избавляли от разочарования, может быть, я хочу разочароваться. Я уже давно так сильно ничего не хотел. А с тобой разочарования не кажутся такими разочаровательными.

— Послушай, я испытываю к тебе некоторые чувства, Барни. Может быть я даже люблю тебя. — Ааа, так лошадок попредержи, милая! — Что? — Мы с тобой очень хорошие друзья, зачем разрушать нашу дружбу? Друзья? — Друзья! — Да боже мой, да опять, ты снова меня отмозбила! — Нет, не правда! — Нет, отмозбила! Ты маленькая дрянная девчонка! — Ну ладно, ты прав, я отмозбила тебя. — Почему ты так боишься дать себе этот шанс? — Потому что мне страшно, как сильно ты мне нравишься! — Ой ой ой, это никуда не годится... — Ты прав, это ошибка! — Да... — Нет, я люблю тебя! — Давай останемся друзьями! — Хорошо друзья! — Я люблю тебя! — Давай поженимся! — Не бери меня за жабры! — Ладно, забудь...

— Может быть, я все-таки могу остаться? — Я бы разрешил, но у меня больше нет комнат. — Но ты живешь в квартире с двумя спальнями, у тебя целая комната только для твоих костюмов! — Я сейчас на этом этапе жизненного пути, когда костюмы — это моя семья!

Кто-нибудь, дайте ему выпить, он снова начинает думать.

Твоя проблема в том, что ты всегда думаешь, думаешь, думаешь. А я учу тебя делать, делать, делать.

Маршал: Малышу очень трудно показать класс под таким давлением... Барни:... сказал Маршал в первую брачную ночь! Кевин: Ой! Он маленький, но я все же его чувствую! Робин:... сказала Лили в их первую брачную ночь! Маршал: Не надо смеяться, Лили! Все: ... сказал Маршал в их первую брачную ночь!

Единственный инструмент, которым я умею пользоваться, является частью меня, и совать его в телек я не собираюсь... снова.

Но я то не стыдливый. В моем организме, в месте, где должны быть железы стыда, находятся железы изумительности. И это правда.

— У тебя простуда. — Да нет, я в порядке. Просто мой нос истекает излишками моей клевости, и мне нужно немного её выплеснуть.

— Что? Мы под присягой. — Нет. Ты хоть знаешь, что такое присяга? — О, да. Это здание суда. И мы под его крышей.

Вместе мы будем владеть этим городом. Если какая-нибудь девушка захочет отомстить своему бывшему, мы будем там! Если какая-нибудь девушка захочет решить проблемы со своим отцом при помощи распутного образа жизни и пьянки, мы будем там! Если какие-нибудь девушки на девишнике будут ехать по городу в лимузине, высунувшись из люка, и кричать: «Какие дела, Нью-Йорк?», мы будем этими делами, Нью-Йорк!

— Чувак, это древнейшая профессия. Я готов поспорить, что даже у кроманьонцев были пещерные проститутки, что-то вроде «рыба за секс». — Ну так с такими раскладами получается, что древнейшая профессия — рыбак.

Чувак, мы ещё не прошли всю легендарность, мы только на «ле». Нам ещё нужно посетить «ген», затем «дар», а затем «но»!

— Ты что, рисуешь на своей заднице? — У меня очень скоро важное собеседование, а на этом костюме куча дыр. Я не умею шить, я не владелец компании по вышивке, поэтому я... Да, я рисую на своей заднице!

— Маршалл убежал из-за таракана. — Это была крыса! — О да, прости, моя вина. Ты мужчина, конечно!

— Хотите поговорить по-взрослому? Я только что в прямом эфире, ведя репортаж, шлепнула себя по жопке. — О, наконец-то появился хоть один хороший канал.

Ртом можно делать так много чудесных вещей, зачем растрачивать его на разговоры?

— Как ты можешь любить Робин и продолжать спать со всем, что движется? — Прости, я не улавливаю твою мысль...

— Тед сказал, что перед аварией перед его глазами промелькнула вся его жизнь. Ну, знаешь, всё, что ему было дорого. С тобой также было? — Ой, ну наверняка он увидел буфера! — И скотч. — И деньги. — И костюм! — Костюм из денег! — Костюм из буферов! — Гигантская титька, одетая в костюм из денег! — Титька, которая вырабатывает скотч! — Ну да, практически...

— Поскорей бы посмотреть этот фильм! — Кино просто супер! Чисто гипотетически, тебе нравятся фильмы, где герои в конце внезапно погибают? — Да. — Ты будешь в восторге!

— Барни, ты что, в трениках? — Ну и, в трениках, но они от Armani!

О, Тед, как это романтично, как мне хочется набить наволочку севшими батарейками и зазвездюлить тебе по тыкве.

— Ну ты же хочешь стать парнем Робин? — Так, тихо, спокойно. Стой, стой, я не хочу становиться ее парнем. — Ну а чего же тогда ты хочешь? — Ну, не знаю. Я просто хочу быть с ней все время, хочу, чтоб она мне рассказывала, как прошел ее день, а я бы рассказывал о своем, я хочу держать ее за руку, чувствовать запах ее волос... Но я не хочу быть каким-то тупым «парнем».