Цитаты на тему «клубы»

— Ты такая нерешительная, надо быть жестче. Придется тебя наказать. — Потом ее накажешь. <...> — А что означает фраза «потом ее накажешь»!? — А что, ты может, хотела сразу?

— Это частный клуб, международный. Мы лишь его отделение. Наши члены тестируются, их коэффициент должен быть в границах двух верхних процентов. — Коэффициент чего, сэр? — Интеллекта, лейтенант. <...> — Значит, я разговаривал с самыми умными людьми в мире? А я и не заметил.

То, что называется давкой в метро, в ночных клубах считается приятной близостью.

Мужчины не вступают в клуб книголюбов. Женщины делятся, а мужчины читают тайком, если вообще читают.

— Я ненавижу гулять и ходить по барам. Там всегда так шумно, я не слышу ни себя, ни девушку с которой хочу познакомится. Всё сводится к странному танцу двух людей, которые говорят друг другу «Что? Что? Что? Что, что? Что?» — В том то и проблема. В барах не нужно говорить, потому что там шумно. Тебя должны волновать лишь два вопроса, «что ты пьешь?» и «где мы перепихнемся?»

Девушки, занимайтесь благотворительностью: на день святого Валентина, если у вас никого нет, идите в клуб и отсасывайте кому-нибудь в кабинке туалета. За это вам будет облако в раю. Я шучу, конечно, господи, не делайте этого!

Нужно расслабляться. Нужно выходить куда-нибудь время от времени. Необходимо просто. Пятница, вечер? Погнали отдыхать, надо оторваться как следует. Я на прошлой неделе отдыхал в ночном клубе. Но это больше не для меня. Я стал слишком стар для ночных клубов. Понимаешь, что уже стар для этого, когда заходишь такой в ночной клуб: «А не громковато-то ли тут? Почему у меня вибрирует голова?»

Вообще-то обстановка в клубе знакомств больше всего напоминала зал ожидания на вокзале: те же скука и томление.

Комната – или, уместнее сказать, зал – была освещена рядами ламп скрытой подсветки, проходившей вдоль потолка, и несколько хрустальных люстр «тиффани» и «уотерфорд» различных форм и размеров отбрасывали свет на пуфики и канапе. Справа располагался бар, облицованный под камень, с длинной дубовой стойкой. Вдоль нее точно грибы выстроились высокие барные табуреты на длинных ножках, с черными шляпками сидений. За стойкой ловко трудилась пара барменов, тряся шейкерами и удваиваясь в зеркалах, что создавало иллюзию запаздывания движений. Над ними висели разнокалиберные бокалы, свет играл в них, как в весенних сосульках. Сразу слева от входа <...> миниатюрный танцпол, покрытый алым стеклом с подсветкой. Над ним мелькал прерывистый свет стробоскопа, рассыпая дождь сине-зелено-красных пятен на гостей, так лихо крутившихся и изгибавшихся в такт музыке, точно их черти поджаривали. Танцпол был окружен стеной зеркал, так что трудно было угадать число танцоров, смотревшихся, когда им этого хотелось, в свои отражения. <...> Здесь хватало полуголых женщин, окруженных мужчинами в костюмах и модных куртках. Между ними сновали официанты в черных фраках и официантки в белых блузках с подносами горячих деликатесов, закусок, коктейлей, бокалов с шампанским. <...> Мужчины и женщины извивались и тряслись, словно испытывая оргазм. В самом центре комнаты пышная рыжеволосая женщина босиком, в чем-то более всего похожем на комбинацию, плывущей походкой продвигалась к бару. Все, включая женщин, оглядывались на нее. В ярком свете грудь ее практически просвечивала наружу – она с таким же успехом может ходить «топлесс», подумалось Кевину. Кажется, они с Мириам попали на какую-то древнеримскую оргию, перенесенную в наши дни.

— Я ошибался, думая, что в туалете продают наркотики. Там явно чем-то торгуют, но не тем, что нам нужно. Как твои успехи? — При таком освещении все похожи на наркоторговцев. Должен признаться, я разочарован. Думал, ты лучше справишься. — Потому что у меня такой вид, что дилеры сами подходят? — Ты купил гранату в машине на улице и не можешь найти наркотики в ночном клубе?

— В какой бы клуб нам пойти сначала? Клуб «Был», «Неправильный клуб»... — Эти клубы давно закрыты. — О нет! — «О нет» тоже закрыт. — «Где» клуб. — «Где»? — Где «Где»? — «Где» там же, где и был, не так ли? — Нет, клуб «Был» не там, где был. «Был» был, где «Неправильный» был, правильно? — Окей. — Не «Окей». Это отстой. — «Окей» — «Отстой»? Я думала, «Отстой» — это гейбар, или это «Неправильный»? — Неправильно, это не «Неправильный». — Ребята, давайте к сути. — Мне нравится в «Сути». Давайте пойдём туда. — Куда? — В «Суть»! — Я думала, «Суть» закрыли. — Нет, «Был» закрыли. Однажды клуб «Был» закрыли, но его вновь открыли, как «Закрыт». — Так что, «Закрыт» открыт? — Нет, «Закрыт» закрыт. — Да какая разница? Идём в отрыв! — В «Отрыве» полно студентов. — А я пойду куда угодно, окей? — Не «Окей». «Окей» — это отстой. — «Окей» — не «Отстой». «Отстой» — это гейбар. — Ребята, тихо. — Нет. «Тихо» тоже был закрыт. — Не могу поверить, что я больше не знаю ни одного клуба! — Ребятушки, ну давайте уже выберем клуб, окей? — Только не «Окей». — ОКЕЙ — ОТСТОЙ — ГЕЙБАР! — Кстати, я там как-то однажды совершенно случайно оказался. И вроде произносится как «Постой». — Безнадега, да?

Удивительное рядом. Москоский дворник нашёл возле клуба «Сохо» недокуренную сигарету, докурил и за ночь подмёл всю Москву.

Странно, как вы еще церкви под клубы не используете. Там же акустика хорошая...

Журналист: Что Вы почувствовали, когда узнали, что ночной клуб «Аpтуp» был назван в честь вашей причёски? Джордж: Я был горд до той минуты, пока не посетил его.

Парти — это замаскированный социальный ринг, микроколизей, куда люди приходят как бы отдохнуть и расслабиться, на деле же каждый прячет под одеждой гладиаторское снаряжение. Всякий приносит с собой свои мутные расчеты и весь вечер танцует под их дудку, а вовсе не под «другой барабан», как старательно объясняет в разговоре. И вот, после тысячи как бы случайных движений, в причудливо освещенном аквариуме, эти пестрые гады оказываются сплетены друг с другом строго надлежащим для взаимного поедания и осеменения образом. То, что выглядит для наивного наблюдателя увеселением, является на деле ни на миг не прекращающейся борьбой за существование, смешанной с социальным ритуалом.

О, эти пресловутые английские клубы — маленькие кланы, государства в государстве, двери которых закрыты для остальных смертных. Социальное положение для англичанина — это прежде всего его клуб.

Ночь. Улица. Машины. Фары. Блеск. Попса их мать родная, а гламур отец, Звук Dj-ских сэмплов режет ухо, Просто они дети ночных клубов... Captain black. Parlament. Camel. Bond. Marlborro. Сocktails. Убитый генофонд. В сумочке помада. Презик. Slims. Если в такой жизни вообще смысл? Чиксы. Гёрлы. Мэны. Одна ночь. Кто развлечься в эту ночь не прочь? Pj. Стринги. Девочки. Танцпол. Знакомство. Алкоголь. Ползти под стол. Лазерное шоу. Накал. Разврат. Фотографы. Би. Геи. Полный фарт. Царит повсюду секса атмосфера, Привет, зверинец! И прощай манеры! Утро. Улица. Окно. Лучи. Рассвет. Холодный душ. Рассол. Контакт. И-нэт, Крик матери внедрился звоном в уши, Просто они клубов ночных души...

В ночных клубах после двух часов ночи начинаются дикие пляски пьяного неликвида брачного рынка.

А я-то точно знаю, что погибну сам. Когда-нибудь, в одном из московских ресторанов, в которых так весело и так холодно от чужих глаз, от рук, прикосновение которых ты не любишь, и слов, которые для тебя давно уже ничего не значат.

В клубе у него не было времени грустить, но здесь, над городом, меланхолия мягкой лапой цепко хватает его за сердце.

— Мама, я ненавижу мужчин. — Поздравляю, дорогая, добро пожаловать в наш клуб. Членскую карточку получишь по почте. Какой торжественный момент, жаль, что у меня нет фотоаппарата!

Кроме того, в клубе слишком громко, чтобы разговаривать, так что после пары рюмок каждый чувствует себя центром внимания, и при этом полностью отрезан от окружающих.

В ночных клубах надираются, чтобы кадриться, и результат на лицо: клеишься ко всем бабам подряд, потому что застенчивость тонет в алкоголе. Проблема в том, что впоследствии в нем тонет и эрекция. Правительство ошибается, заявляя, что «злоупотребление алкоголем опасно для здоровья»: напротив, это прекрасное средство от СПИДа!

Если нет денег на то, чтобы выпить в клубе, надо выпить до клуба.