Алексей Пехов

Чем меньше о тебе знают другие, тем сильнее ты защищён от разных неожиданностей.

Мир несовершенен. В нём полно завистников и тех, кому мне довелось перебежать дорогу. Пускай бормочут. Дальше шёпота за спиной всё равно не отважатся пойти.

Интересно, почему в некоторых ситуациях некоторые личности страдают избирательной потерей слуха?

— Судя по всему, он выживет. Поздравляю, Людвиг. Твоя ведьма знает свое дело, а в мире появился еще один оборотень. Вот только разве это жизнь? Быть оборотнем? — Дышать, мыслить, чувствовать? Думаю, что да. Это жизнь. У каждого из нас свои изъяны, но лучше существовать с ними, чем лежать в могиле.

— Зачем ты это делаешь? — удивился Проповедник. — Не милосерднее ли убить его? — Что-то не совмещаются у меня в сознании эти два слова — милосердие и убийство. Будь добр, оставь дурные советы при себе.

Стэфан часто с иронией говорит, что в нашей жизни только три важные вещи. Первое — это доброта. Второе — это доброта. И третье — это тоже доброта. Но ни одна из этих важных вещей не ценится.

Почему меня тянет к тебе, крохотный огонек на мосту? Ни тепла от тебя, ни света. Движение руки, и я погашу тебя. Зачем ты мне? Почему мое давно уже успокоенное сердце вспоминает, как сладко замирать и взлетать, как приятно волноваться и ждать?… как хорошо быть человеком, как хорошо… не быть одному…

— Нет, я серьезно. Ты очень… — Лориан задумался, подбирая нужное определение. — Беспечный, что ли. — Проблемы есть у всех.

Война всегда преследует разные цели, а мы прикрываемся идеалами, но в основе всего лежат деньги.

... убить собственного ребенка — ничего не может быть хуже. Даже для демона.

Мы испытываем стыд не потому, что допустили ошибку, а потому, что наш позор видят другие.

Наш свет закостенел в равнодушии, которое нельзя разбить никаким молотом.

Любить ближнего своего чудесная заповедь, но порой мне кажется, что Господь придумал её для кого-то ещё. Не для людей, обожающих грешить направо и налево. Возможно, он просто ошибся и отправил сообщение не в тот мир.

Я спал коротким и потому бесконечно сладким сном. В него хотелось зарыться, словно в тёплый лебяжий пух, и спать, спать, спать, не думая больше ни о чём. Не живя, не умирая и вообще не существуя...

Не стоит лезть в чужую голову, иначе у тебя есть шанс наткнуться на очень специфичные мечты.

В последние дни я часто думал о последствиях моего поступка. <...> Я никогда этого не узнаю. Знаю лишь, что поступил так, как считал правильным. Прежде всего, для себя. Но сделал слишком мало для того, чтобы спать спокойно.

Выбор — это ведь так страшно! Решать судьбу мира и держать в своих руках власть! Знать, что благодаря твоему поступку чаши весов могут попросту перевернуться...

Солнце ещё не скрылось за горизонтом, но уже собралось на покой, а луна походила на снежную сову. Над городом всего лишь на час воспарила гигантская дремлющая птица, имя которой — сумерки.

Я стараюсь думать. Это не дает мне превратиться в идиота.

Я никогда не считал себя трусом. Только дураком, а это разные вещи.

Спасать тех, кто не хочет быть спасённым, глупо.

Порой встречаешь зло там, где его не ждёшь.

Никогда не доверяй зеркалам. И не поворачивайся к ним спиной. Они могут обжечь.

...зеркала любят лгать, даже если ты просишь их сказать правду. На приказ показать истину они всегда отвечают смехом и искажением реальности. Юлят, ловчат, изворачиваются и лгут, лгут, лгут.

Если солдатня может себе позволить быть тупой, то офицеры — нет.