Алексей Пехов

Я услышал крики на улице, выглянул вниз, увидел фигуры с факелами. Почти с десяток пытались выбить дверь в соседнем доме, используя для этого дубовую лавку. <...> — Чего они хотят? <...> — Чего обычно желают люди, когда наступает беззаконие? Убить, ограбить, сломать, поджечь и изнасиловать. Не поручусь, что именно в таком порядке. <...> Горожане одуреют от крови и вседозволенности и устроят такое, чего постыдились бы банды ландскнехтов.

Атмосфера тревоги растеклась по улицам, заползла в дома, а следом за ней, на мягких лапах, следовал пока ещё невидимый, но уже ощущаемый страх. Кроме этих двух вечных спутников был ещё кое-кто. Но столь призрачный, что я не готов был поручиться, что слышал шорох плаща и видел блеск луны на лезвии косы.

Когда случается бунт, люди перестают быть людьми и превращаются в жаждущую крови толпу.

Умирать не страшно. <...> Просто обидно. Никогда не успеваешь сделать всё, что хотел.

— ... Вера должна спасать, а не убивать. — И не разобщать, не стращать, не судить и не казнить. Но отчего-то именно так и происходит. Одни жгут ведьм, другие — <...> тех, кто забыл помолиться перед обедом. Уверен, что помыслы Господа в этих случаях совершенно ни при чём. Это уж мы сами, воплощение рук его, додумались. Но всегда готовы спихнуть свои не слишком праведные поступки на чужую волю, лишив её себя. Мол, не я срубил голову тому нехристю-хагжиту, это бог так велел.

Слепая вера не помогает, друг Проповедник, а вредит. Это всё равно что неуправляемая карета, несущаяся под горку. Угробит и тех, кто сидит в ней, и тех, кто попадёт под колёса.

— ... Ты не ждёшь Апокалипсиса? — Не сомневаюсь, что рано или поздно мы достанем небеса и те проведут показательную чистку паршивых овец, но уверен, это случится не при моей жизни.

Лишние знания никогда не бывают вредны, и им всегда найдётся применение...

Каждый понимает Бога по-своему.

Порой в молчании куда больше толка, чем в словах.

Есть у меня душа или нет — не важно до тех пор, пока я живу, дышу и выполняю свою работу. Вопросы теологии, философии и религиозных догм оставим до тех пор, пока я не умру.

…Мы не увидим ни ада, ни рая. Мы живём только этой жизнью, а после нас ждёт лишь мрак и забвение.

Я так устала, что не в силах даже думать.

На наше счастье, в мире не так много глупцов, как это порой кажется.

Война требует денег, поэтому многие предпочитают мир.

… Не те вопросы не тем людям могут привести к очень печальным последствиям.

Он брызгал слюной, махал руками и не желал пропустить меня. Я не любил таких людей — их необразованность, помноженная на религиозное рвение, рождает страх. И этим страхом они заражают всех вокруг, точно блохи, разносящие чуму.

Если у нас тут локальное представительство ада, это не значит, что я должен быть голодным.

— Вы видели эти ядра? — Видел. Не жалуете прогресс? — Это не прогресс, Людвиг. Это ад. От него погибнут тысячи тысяч. Я уже напал на след изготовителя и до конца года отправлю его на костер. Таким вещам и такому оружию не место в мире Господа.

Чтобы взять город, нужны саперы, артиллеристы, шпионы и предатели. Ну и несколько тысяч дураков из пехоты, которые почти все безо всякого смысла сложат голову под стенами.

Если Искуситель ниспослал на тебя град испытаний, не беги и не прячься — это удел трусов. Не отбивай градины шпагой — это удел храбрецов и глупцов. В жизненных испытаниях, как и в фехтовании, вначале думай, а потом делай.

Розы гораздо честнее людей. Они сразу показывают шипы и предупреждают о том, что, если их захотят обидеть, они будут кусаться. <…> С людьми не так. Шипы появляются только тогда, когда они решают атаковать.

Нам все кажется — что мы вечные И что время всегда остается Помириться при завтрашней встрече, Рассказать, что давно уже рвется, Позабыть все смешные обиды, Гордость, мелочность, страх обмануться И, как в воду, безумно, бесстыдно, С головою в любовь окунуться. Нам все кажется — что мы вечные И что время всегда остается, Только помни — однажды под вечер Ты решишься, А он не вернется...

— Вы любите розы? — Нет. — Отчего же? <…> — У этих цветов шипы. — Хм… Они как мы, знаете ли. Правда, пахнут лучше.<…> У всех людей есть шипы, вы не знали? Просто, в отличие от роз, колючки скрыты от чужаков до той поры, пока кто-нибудь не схватит. Да покрепче.

… В войнах опыт приходит быстро или не приходит совсем (в последнем случае вместо него приходит смерть).