Доктор Джон Ватсон

Как и прежде, он был глубоко увлечен расследованием преступлений. Он отдавал свои огромные способности и необычайный дар наблюдательности поискам нитей к выяснению тез тайн, которые официальной полицией были признаны непостижимыми.

Для Шерлока Холмса она всегда оставалась «Этой Женщиной». Я редко слышал, чтобы он называл ее каким-либо другим именем. В его глазах она затмевала всех представительниц своего пола.

Мой друг страстно увлекался музыкой; он был не только очень способный исполнитель, но и незаурядный композитор.

Его удивительный характер слагался из двух начал. Мне часто приходило в голову, что его потрясающая своей точностью проницательность родилась в борьбе с поэтической задумчивостью, составлявшей основную черту этого человека. Он постоянно переходил от полнейшей расслабленности к необычайной энергии. Мне хорошо было известно, с каким бездумным спокойствием отдавался он по вечерам своим импровизациям и нотам. Но внезапно охотничья страсть охватывала его, свойственная ему блистательная сила мышления возрастала до степени интуиции, и люди, незнакомые с его методом, начинали думать, что перед ними не человек, а какое-то сверхъестественное существо.

— Есть люди, которые считают Вас убийцей? — Время от времени, да.

Ну раз вернулся, то пусть оденется потеплее. Грядёт восточный ветер.

— Ствол во рту. Пуля прошла через мозг. Напрочь снесена половина головы. Как он сумел выжить? — В смысле, она. — Что, прости? — Не он, она. — Да, да, разумеется.

— Вы живой человек. Вы прожили жизнь, и у Вас есть прошлое. — Есть что? — Было же, наверное. — Было что? — Вы поняли. — Нет. — Любовный опыт. — Вы не дадите револьвер, мне захотелось им воспользоваться. — Вы из плоти и крови, у Вас есть чувства, у Вас есть... должны быть импульсы. — Боже, я никогда так не мечтал, чтобы на меня напал призрак-убийца. — На правах друга, того, кто волнуется за Вас, я спрашиваю: что сделало Вас таким? — О, Ватсон... Ничто, поверьте мне... Я сам себя сделал.

— Я сегодня еще кое в чем применил дедукцию... — Дедукцию? — Возрос аппетит... смена предпочтений... с утра тебя тошнило... Я подумал, предсвадебный мандраж, но когда упомянул об этом, ты рассердилась. Все знаки на лицо. — Знаки? — Знаки трех... — Что?! — Мэри, думаю, тебе надо сделать тест на беременность. Видишь ли, по статистике в первом триместре... — Закрой рот. — ... — Сказал, закрой рот. — Извини. — Как он узнал прежде меня, я ведь чертов врач?! — Ты выходной. — Это ты выходной! — Всё, без паники. — Я без паники! — Я беременная, я в панике! — Напрасно. Никто не дергается. Нет ни одной причины для паники. — Ну ты-то знаешь всё. — Разумеется.

Ш: Если честно, это была идея Майкрофта. Д: Так это план твоего брата? М: Ему нужно было доверенное лицо... прости... Д: Но он единственный, кто об этом знал? Ш: Еще пара людей. План был сложный, пришлось их привлечь. Третий из тринадцати вариантов... Д: Кто еще? Кто еще знал? Ш: ... Д: Кто?! Ш: Молли... Д: Молли?! М: Джон! Ш: Молли, группа из моей сети бездомных и всё. Д: Ясно... Ясно. Только твой брат, Молли Хупер и сотня бродяг. Ш: (усмехаясь) Да откуда... (серьезно) Двадцать пять, не больше.

— Как ты мог?! Как?! — Стоп. Пока ты не сделал того, о чём пожалеешь, я должен у тебя кое-что выяснить... Ты так и будешь с ними ходить?

— А! Черт! ... Джон, я не могу больше. Дай мне хотя бы одну! — ... нет. — Дай по-хорошему! — Нет, у нас договор — ни при каких обстоятельствах. Если помнишь, ты сам заплатил всем торговцам в радиусе трех километров, чтобы тебе их ни за что не продавали. — Глупость какая. Кто до этого додумался! — Кхм... — Миссис Хадсон! .... — Так, Шерлок, слушай — ты отлично держишься, не сдавайся и возьми себя в руки. — Где они?! Джон, скажи, где ты их прячешь?! ...пожалуйста. — Нет, Шерлок, прости. — Я лотерейные номера тебе подскажу... — (смех) — ...попытаться стоило.

— Джон, в последнее время Мэри совсем перестала за собой следить. Она так растолстела! Пусть поменьше ест. — Шерлок, вообще-то она на девятом месяце. — И что, это повод столько жрать?

— Ты так на метро ехал?! — Никто из таксистов меня не брал.

— Итак, почему я здесь? — Помочь мне установить истину. — Я вам помогаю платить аренду. — Это куда забавнее.

Ш. Х.: — А вы соображаете. И. А.: — Могли бы уже понять. Д. В.: — ... Хэмиш. И. А., Ш. Х.: — ??? Д. В.: — Джон Хэмиш Ватсон. Если вам нужно имя для ребёнка.

Наденьте на себя что-нибудь, прошу. Все равно что. Хоть салфетку.

— Что скажете, доктор Ватсон? Наверху другая спальня есть, если вам разные спальни нужны. — Разумеется. Что за шутки? — Не волнуйтесь. Здесь публика всякая.

— В каком смысле гей?... Мы — пара. — Счастье идет Вам на пользу, Молли, Вы прибавили полтора килограмма. — Полкило... — ...нет, полтора... — Шерлок! — ...и он не гей! Почему Вы все портите?! Враньё! — При таком уходе за собой? — Он просто привел голову в порядок, я тоже привожу ее в порядок! — Моешь ее, да и все. Нет-нет, ресницы и брови накрашены, следы крема в складках кожи, такой усталый томный взгляд... И еще белье. — А что белье?... — Высовывается из-под ремня. Весьма специфический бренд... Это, и еще двусмысленный факт, что он оставил свой телефон — должны Вам дать реальный повод порвать с ним и избавить себя от страданий.

— Где мы? — В заднице вселенной среди отбросов общества.

– О... Отрубленная голова?! Тут голова! – Я чай выпью, спасибо. – Голова в холодильнике! – Ну? – Мёртвая голова! – А где ей еще место? Ведь ты не против? – Ну... – Я её взял в морге. Измеряю вязкость слюны после смерти.

— Полетим вниз вместе? Нам уже нельзя разлучаться. В конце мы должны быть вдвоём — ты и я. — Профессор, если не возражаете, я попросил бы вас отойти от моего друга. Мне кажется, его несколько раздражает ваша назойливость. — Это нечестно! Вас двое! — Мы всегда вдвоём. Вы не читаете «Стрэнд»?

— Шерлок, постой, объясни. Мориарти жив? — Я не говорил, что жив, я сказал: он вернулся. — Так он мертв? — Разумеется, он вышиб себе мозги, после этого не живут. Я устроил себе передоз, чтобы убедиться в этом. Мориарти мертв. Вопросов нет. Но важнее другое. Я точно знаю, что он будет делать дальше.

— Она мертва, у неё всего пол головы осталось. Она не может быть угрозой. — Скажите это её мужу! Вон он, лежит под простынёй. =============================== — У нее снесено пол головы, она не опасна! — Скажите это её мужу! Кстати, вон он, лежит на той кушетке.

— И как он вам? Другой Ватсон в другом месте? — Умнее, чем кажется. — То есть, чертовски умен. — Чертовски умен. — Почему бы вам просто не пожениться, ребята? — Грубовато. — Оскорбительно.