Шерлок Холмс

— Джон, что происходит? — Ну если изложить вкратце — я жив.

— У меня есть блог о степени растяжимости различных натуральных волокон. — Уверена, читается на одном дыхании!

— Займёмся дедукцией. Клиент оставил [шапку], пока меня не было. Что скажешь? — У меня работа. — О, ну же, вспомним юность. — Я всегда побеждал. — Тем больше соблазн. — Что соблазнительного в шапке нервного, сентиментального раба своих привычек с дурным запахом изо рта? Чёрт, купил.

— Невероятно, гляжу и не могу поверить, он снова сидит в своем кресле. Разве не чудо, мистер Холмс?! — Я едва сдерживаю эмоции. — Тебе это удается.

— Сравнивать было не с кем, пока родители не отдали нас в школу. — Это была ошибка. — Страшная! Интересно, о чём они думали? — Возможно о том, что нам нужны друзья. — О да, как выяснилось, тебе не чужд этот вид отношений. — А тебя он не привлекал? Никогда? — Если даже ты кажешься мне туповатым, представь, каково мне с остальными, Шерлок. Я живу в мире аквариумных рыбок. — Да, но меня не было два года... — И что? — Ну, не знаю. Я подумал, может ты себе... рыбку завел?

— Детство вспомнилось. «Не умничай, Шерлок, здесь умный я». — Да, я всегда был умнее. — Я считал себя идиотом. — Мы оба считали тебя идиотом.

Видимо, я был неправ, явившись столь неожиданно, так ведь и до инфаркта довести можно. Меня оправдывает то, что было весело... Ну ладно, оправдание так себе.

— Не знал, что ты говоришь по-сербски. — Выучил. Простой язык. Славянские корни, много заимствований из турецкого и немецкого. Хватило пары часов. — Теряешь форму. — Возраст, брат мой. Все мы стареем.

— Ты ужин пропустишь. — Конечно, пропущу, там же будут люди!

Интересная штука — фрак. Не лишая индивидуальности друзей, он обезличивает официантов.

— Я хотел только одного — чтобы ты был жив. — Как видишь, нужно быть осторожным в своих желаниях. (— Я попросил тебя об одном последнем чуде. Я попросил, чтобы ты перестал быть мертвым. — Я слышал тебя.)

— Я не одинок! — Откуда ты знаешь?

— Я тебя убью! — Я тебя умоляю, убить меня — это уже два года как неактуально!

— У него другая жизнь. — Какая жизнь? Меня же не было.

— А ты славный мальчуган. Чего ты хочешь? — Шиллинг. — А ещё чего? — Два шиллинга.

Иногда преступник вызывает большее сочувствие, чем его жертва.

Каждый порядочный человек должен испытывать чувство вины, когда преступникам удаётся совершить очередное чёрное дело. И это чувство вины должно вселять в нас новые силы для борьбы со злом.

Есть такие деревья, Уотсон, которые растут нормально до определённой высоты, а потом вдруг обнаруживают в своём развитии какое-нибудь уродливое отклонение от нормы. Это часто случается и с людьми.

— Вчера в Дюссельдорфе произошла авиакатастрофа. Все погибли. Подозревают теракт. — Мы смотрим новости. — Ты сказал «скучно» и выключил.

Если вам будет нужно с кем-то поговорить, Вы знаете, что я... Я всегда могу прислать к Вам Ватсон.

— Конни Принс, 54 года. Она вела имидж-шоу по телевизору. Ты смотрел? — Нет. — Очень популярна. Поездила не мало. — Больше не будет.

Нет яда опаснее, чем чувство вины.

Всякое убийство отвратительно, но политическое убийство отвратительней вдвойне, потому что уничтожают не только саму жертву, но и те идеалы, за которые она сражалась.

Фантазии всё же лучше, чем туман в голове.

Мой старый принцип расследования состоит в том, чтобы исключить все явно невозможные предположения. Тогда то, что остается, является истиной, какой бы неправдоподобной она ни казалась.