Терри Пратчетт

Личинки-червячинки! Чем больше накопаю, тем больше наловлю! Чем больше наловлю, тем больше гадов съем! Чем больше гадов съем, тем буду здоровее! И всех победю! И всех победю!

Подушки – лучшее средство от любых жизненных невзгод, — авторитетно сообщил Чудакулли, человек, никогда не знавший, что такое болезнь.

Воняло прилично, а это одна из самых характерных примет цивилизации.

— А можно научиться ходить сквозь стены? <...> — С помощью магии? — Без, — ответил Мор, — просто так. Это возможно? — Ну, тогда надо выбирать очень тонкие стены, — посоветовал Кувыркс. — А ещё лучше пользоваться дверью. Вон та как раз подойдёт, если ты явился отнимать у меня драгоценное время.

— ... Научившись ходить сквозь стены, я смогу делать вообще что угодно. — Очень глубокая мысль, — согласился Кувыркс. — Я бы даже сказал, философская. И как зовут ту юную даму, что по другую сторону стены?..

Если бы вы вдруг увидели восьмой цвет, а потом попытались описать его семицветному миру, то получилось бы примерно следующее: «Э-э, ну это было... нечто вроде зеленовато-пурпурного». Мы так и не научились толком обмениваться полученным опытом.

Если тебя действительно приперло, то шанс один на миллион обязательно сработает. Широко известный факт.

Он ведь Смерть, к твоему сведению. Мрачный Жнец. Важная персона. Он не кто-то, кем становятся. Он — тот, кем являются.

— В котором часу здесь бывает заход солнца? — Обычно нам удаётся воткнуть его между днём и ночью.

— Знаешь, что происходит с мальчиками, которые задают чересчур много вопросов? Мор на мгновение задумался. — Нет, — в конце концов промолвил он. — Что? Воцарилось молчание. — Разрази меня гром, если я знаю, — произнес Альберт, выпрямляясь. — Наверное, они получают ответы, а затем используют их для своего блага.

Невозможно быть таким простым, таким избирательно, изощренно тупым, не будучи при этом очень умным. Это как с актерами. Лишь самые талантливые из них способны убедительно прикидываться бездарями.

Сосед… ха! Что именно стоит за этим словом?... Люди годами живут бок о бок, по дороге на работу приветствуют друг друга дружеским кивком, а потом случается какая-нибудь ерунда – и вот уже у кого-то из спины торчат садовые вилы.

Одно из универсальных правил счастья гласит: «Остерегайся всякого полезного приспособления, если оно весит меньше, чем инструкция по его использованию».

На пустыню обрушилась ночь, внезапно облив пески темным фиолетом. Свет алмазных звезд с легкостью пронзал прозрачный воздух, напоминая вдумчивому наблюдателю, что недаром религии рождаются именно в пустынях и на возвышенностях. Не видя над головой ничего, кроме бездонной безграничности, человек испытывает отчаянную потребность хоть чем-нибудь от нее отгородиться.

Налогообложение, господа, очень похоже на молочное животноводство. Главная задача: извлечь максимум молока при минимуме мычания.

— В те времена люди друг другу доверяли, правда, сержант? <...> На нашей улице никому и в голову не пришло бы запереть дверь. — Вот-вот, и я о том же. — А все потому, что перли все — даже замки. Какой толк ставить на дверь замок, если его тоже сопрут?

Сержант Колон был широко образованной личностью. Он посещал школу под названием «Мой Отец Всегда Говорил», а также колледж «Ясно Дело, Так И Есть», а к описываемому периоду с отличием закончил университет «Как Сказал Мне Один Парень В Трактире»

Обращаясь за советом, вы не всегда хотите его получить. Иногда вам просто надо, чтобы кто-то присутствовал, пока вы будете говорить сами с собой.

Как хорошо известно всякому человеку, когда-либо изучавшему историю открытий, награда достается вовсе не тому, чья нога первой ступит на девственную почву новой земли, но тому, кто первым вернется домой. С ногой или без оной. Наличие всех конечностей — это уже дополнительный приз.

Поговаривали, будто бы патриций получил образование в Гильдии Убийц, но на каком оружии он специализировался, никто не помнил. Помнили только, что он изучал языки. И почему-то от этого становилось только страшнее.

У него был вид газонокосилки, столкнувшейся с профсоюзом травинок.

И с новыми учебниками истории тоже было интересно ознакомиться. Оказывается, творить историю легко. История — это то, что написано в книжках.

— Знаешь, сынок, есть одна народная мудрость, которая гласит: «Дай человеку огонь, и ему будет тепло до конца дня, но подожги человека — и ему будет тепло до конца его жизни». Понимаешь, к чему я? — По-моему, пап, там было немножко по-другому…

Жизнь была... прекрасна. Что вовсе не то же самое, что «ничего себе». И даже вовсе не то же самое, что «хороша». В ней было столько... всего. Ни конца, ни краю. Жизнь всё время подсовывала что-нибудь новенькое.

Сознание большинства людей, говорил он, не позволяет им видеть то, что могло бы их огорчить.