Артур Пендрагон

— Артур. — Галахад. Остальные начали думать, что нам придётся поднимать бокал дважды.

Сегодня предстоит битва. Сегодня закончится война. Война эта, также стара, как и эти земли. Война против тирании, жадности, злобы. Не всем суждено увидеть новый день. Кто-то выживет, кто-то падет. Но каждый будет сражаться с честью в сердце и гордостью. Ведь мы боремся не просто, чтобы выжить — мы боремся за будущее. За будущее Камелота, за будущее Альбиона, за будущее великого королевства. За любовь к Камелоту!

— Что случилось с тобой, Моргана? Ребенком ты была такой доброй, такой сострадательной. — Я выросла.

— Что с тобой, Моргана? Мы были друзьями. — Так думала и я. Но мы оба заблуждались. — Не вини меня за грехи отца. — Поздно. Ты ясно дал понять, что думаешь обо мне и мне подобных. Ты похож на Утера больше, чем тебе хотелось бы. — Как и ты.

— Артур, стой, подумай, что ты делаешь. Чего ты добьешься? Сколько раз ты говорил об объединении? Убив его, ты приблизишься к мечте? — Он прав, это не выход. — Заканчивай. Руби и все будет кончено. — А что потом? Твои люди будут жаждать мести. Война без конца. — Другого пути нет. — Есть. В обмен на свою жизнь, ты должен вернуть Родору трон Немета. — Даже, если я соглашусь — это ничего не решает. А мы с тобой, Пендрагон? — Перемирие. Мир между королевствами. — Никогда! — Ты этого хочешь? Умереть здесь и сейчас, зная, что обрек эти земли на войну? Один, так быть не должно. Такую кровь не смоешь. — Ты убил моего сына! — Ты убил моего отца! Мы оба многих потеряли, пора остановиться, я даю тебе шанс покончить с войной. Соглашайся. Соглашайся! — Да будет так.

— У тебя есть долг перед отцом, перед твоим народом, нельзя бросить их в такое время. — Что мы можем против армии бессмертных? — Чтобы узнать — надо попробовать.

— Что ты вытворяешь? — Я поступил верно, отец. — Для кого? Для Камелота, или для себя? — Это одно и то же. — Пока ты не научишься ставить долг превыше чувств, ты не научишься быть королем. — Когда я стану королем, мое правление будет гораздо справедливее, если меня поддержит та, кого я люблю.

— Я принес тебе церемониальный меч. — Чтобы я упал на него грудью? — Что с тобой? — Тебе не понять, Мерлин, ты не представляешь, каково это — знать, что ты не можешь изменить свою судьбу. — Судьба... вещь жестокая. Ты будто в ловушке — тебе кажется, что всю твою жизнь спланировали вместо тебя. И ты спрашиваешь себя: а верно ли, что судьба знает, что для тебя лучше? — И откуда ты это все знаешь? — ...в книге прочел. — И что бы эта «книга» сказала мне? Стоит ли мне жениться? — Не мне давать вам совет, сир. — Я спросил — ты обязан ответить. — Если тебе интересно знать, что я думаю... Я думаю, что ты спятил, что вы все спятили. Жениться нужно по любви. Если Утер думает, что несчастный король сделает Камелот сильнее, то он неправ. Тебе предназначено править Камелотом, но ты можешь выбирать, как ты это будешь делать.

— Ты лишен права наследовать престол. Немедленно. Ты больше не принц Камелота. — Сир, Артур ваш сын, наследник по крови... — Вы учили меня быть честным и я пытался быть таким. Я был тем, кем вы хотели меня видеть, тем, кого вы гордились называть своим сыном.

— Ты слишком мягок. Помни, они подданные, а не друзья. — Почему не то и другое? — Потому что мы управляем людьми, а не наоборот. — Думаю, вы не правы. — Прости? — Я сказал: вы не правы. Без людей нет Камелота — мы такие же слуги для них, как и они для нас.

— Мерлин! Что ты делаешь? — Я — как лебедь. Кажется, что я не делаю ничего, но за всем этим скрывается куча работы.

— Вылазка удалась. — Да, возвращаемся с трофеями. Каждый что-то поймал. — Даже Мерлин. — А что у него? — Насморк.

— Ты не впечатлена тем, что я помню про нашу годовщину? — Но ты не помнил. Это я говорила тебе о ней более месяца назад. — Да... Но я вспомнил, что она сегодня... Сегодня. — Вообще-то, я вспомнил. — Заткнись, Мерлин.

Камелот построен на доверии и преданности. Никто не разрушит его, пока мы придерживаемся этих идеалов.

В будущем делай то, что у тебя получается лучше всего — ничего!

Вот почему ты так ненавидишь магов. Чтобы не винить в случившемся себя, ты винишь их.

— Я хочу, чтобы в Камелоте царила справедливость. Чтобы уважение к человеку не зависело от его происхождения. — Меня это касается? — Конечно. — И, что? Ты больше не будешь меня бить? — Когда это я тебя бил? — Постоянно. — Это же не побои, Мерлин, это так, дружеские, ласковые подзатыльники. — А, можно тогда я тебя «приголублю»? — Попробуй. [Мерлин дает Артуру подзатыльник] — Что это было? — Ну... дружеский подзатыльник. — Нет, Мерлин, надо не так. Сейчас покажу.

— Знаешь, если Моргана тебя не убьет, то убью я. — Угрожать королю — это измена, Мерлин. — Ты не король, а дурак. — Я все слышал.

— Мы же сбежали, разве нет? — В следующий раз нам так не повезет. — Мне нравится твой оптимизм.

Если мы ничего не сделаем, природа все сделает за нас. Знаете, иногда вид способен выжить только таким образом.

— Пытаешься командовать? — Да, сир. — Нравится, да? — Вообще-то приятно.

— Мерлин! Где ты был? — Ты волновался? — Нет, проверял, не следят ли за нами. — Ты искал меня. — Ну да. Ты мой единственный друг — я не могу тебя потерять. — Правда? — Не глупи.

— Может, я потерял груз, но у меня осталась любимая. — Тогда ты богаче, чем думаешь.

— А почему ты спал на столе? — Я читал. — Что? — Я король Камелота и не обязан отчитываться перед тобой. — Чудное настроение, явно встал не с той ноги. Точнее ножки стола. <...> — Что у тебя в волосах? — Мясо. — А что оно там делает? — Он читал.