Цитаты на тему «травма»

— Прошло уже несколько месяцев и ты сказала, что физически Роджер в порядке, может, у него тоже военный невроз? Наверное, это умственное, психологическое, он слово тонет в тишине. И у него в глазах тот же самый взгляд на тысячу ярдов. Я боюсь, что он потерял себя. — Неважно, как далеко он ушел. Главное верь, что ты его найдешь.

Показать кому-то свои травмы — всё равно, что снять перед человеком одежду: как прежде на тебя смотреть уже не будут.

…С детства некоторые вещи застревают в душе, как заноза, и потом, когда вырастаешь, их никак не вытащить, сколько ни старайся. Глупо, конечно, но ничего не поделаешь.

— Мы что, должны возиться с тобой, как с ребенком? Снова прятать веревки и пистолеты? Я тоже через это прошел! Думаешь, я мало получил? Думаешь, мне мало досталось!? Война давно закончилась — закрой калитку, как это сделал я! — Как ты? Но я не ты! Все об этом знают — я не ты!

Приготовление пищи не терпит рассеянности. Если вступите на эту арену без должного уважения, непременно получите травму.

— С каждой новой встречей с одним из вас, я понимаю, что Дэвид Эльстер сделал на самом деле. Это потрясающе. — Что он сделал? — Он не создавал ничего нового. Даже не пытался. Он отобразил человечество в вашей форме. И сделал это безошибочно. Ты совершенно человечна. — Ты ошибаешься. Ты понятия не имеешь, каково быть мной. — Будь ты человеком, у твоего состояния было бы название, диагноз, лекарства. Наши больницы и тюрьмы полны ожесточенных, травмированных людей, таких как ты, рожденных другими и к несчастью, проживших ту еще дерьмовую жизнь. Тебя травмировали. Люди бы отреагировали также. Все, что ты чувствуешь — это очень по-человечески, Эстер. Ты доказательство успеха Дэвида Эльстера.

Травма. Это незабываемая вещь. Она создаёт тебя и может контролировать. Она может разорвать тебя до основания. А может сделать очень сильным. Да. Это забавная штука.

— Похоже, кто-то вчера перебрал с весельем, да? — Не совсем. — Боже мой! Что случилось? — В вышибалу поиграли. Зачем вообще взрослые играют в детские игры? Нельзя бросаться мячами в лицо со взрослой силой!

— Нам не хватало тебя в таверне. Персиваль сломал сэру Брэннису запястье. — Весело было. — Сэру Брэннису не особо.

— Профессор, почему дементоры так действуют на меня? Я имею в виду больше, чем на кого-либо ещё? — Послушай, дементоры — это самые гнусные создания на земле. Они съедают каждое хорошее чувство, каждое счастливое воспоминание, пока не оставят человека абсолютно ни с чем, кроме самого худшего опыта. Ты не слабый, Гарри. Дементоры действуют на тебя больше остальных, потому что в твоём прошлом настоящие ужасы, ужасы, которые твои одноклассники едва ли могут представить. Тебе нечего стыдиться.

— Ненавижу Джоуи Морито! — В чём дело? Он же твой друг. — Нет! Он пожаловался маме, что Райан отобрал у него коньки. — Это правда? — Да. — Тогда не понимаю. — Райана отправят в колонию. И мне крышка. — Что? — Райана исключат из команды. Только он может защитить меня. — Нет! Тебе не нужна защита. — А если у меня будет травма, как у тебя? Райан сказал, что тебя толкнули и сломали ключицу... — Переломов особых не было. — ... в четырёх местах! — Подумаешь!.. — Райан сказал, что в команде тебя называли Эрикой. — Он так сказал? Да, по нему колония плачет.

— Я нашёл тупые травмы на левой бедренной кости и рёбрах. Орудие было длинным и цилиндрическим. Возможно... труба? — Штырь. — Клюшка для гольфа. — Арматура. — Бейсбольная бита. — Нунчаки. — Ребята, наша жертва жила в доме престарелых. Может быть, трость?

Ты поставил человека на бой по запрещённому боксу, какого хера ты ещё ожидал? Натирки мазями и массажа Шиатцу?

Все мы по-разному ведем себя, сталкиваясь с травмой и тоской, по крайней мере так говорит моя доктор Маргарет. Одни люди свирепствуют, другие — тихо консервируют боль в себе, прячут глубоко, где она зреет и разрастается.

Любить сломленных — тяжело... Им нужно больше заботы, больше внимания, больше нежности, больше поцелуев, больше объятий... Но это того стоит... Ведь как только сломленный человек расслабится, расправит крылья и поймет, что его не бросят, не предадут, не оставят на улице — он расцветает... Становится лучшей версией себя, яркой, настоящей, прекрасной и начинает дарить столько любви, что хватит всем с головою.

Во время проезда президентского кортежа гаишник так сильно втянул живот, что повредил позвоночник.

Если определённая травма становится нормой или даже ставиться в пример поведения, то всё общество обречено на превращение в инвалидов.

Болезненный детский опыт любви рождает еще и страх перед отношениями. Отсюда все эти симпатии к женатым (замужним) и тем, кто априори тебя не полюбит. Если после свидания он (или она) не перезванивает, то для невротика это начало большого чувства. В мозг поступает сигнал: «Меня отвергли — значит, отношений с этим человеком не будет, значит, я обслуживаю свой страх и нахожусь, можно сказать, в безопасности». Вот простая психологическая аксиома: настоящая любовь может быть только счастливой. И только взаимной.

— Ты играешь во что-нибудь? В смысле, играл до того как?.. — Да, был чемпионом Европы по классикам, а теперь сам понимаешь.

— Десятилетнего ребёнка втянул в экстремальную ситуацию. Это травмировало его на всю жизнь. — У тебя есть дети? — Вроде бы нет. — Так закрой рот, не болтай зря. — В книге пишут, что это на всю жизнь. — Не смеши, ты и обложки не прочёл.

— Санни весь побитый. Я превратился в развалину. А у тебя ни одной царапины! — Доктор сказал, что я так крепко спал, что не успел напрячься. Я же говорил, что крепко сплю. — Ага. А доктор не говорил, что засыпать за рулём не рекомендуется? — Я просто хотел дать глазам отдых на несколько секунд. Серьезно, в следующий раз постарайся не напрягаться.

Футболисты сейчас вроде бы мужики, но какие нежные стали. Постоянно симулируют. Бывают жестокие подкаты, когда им действительно больно, но в 90% случаев, его чуть-чуть толкнули плечом и он начинает орать. Орёт так, что ты смотришь и думаешь: «Боже, давайте проявим лояльность, сделайте ему эвтаназию!» <...> Они так корчатся от боли от любого касания! При этом, сука, все в татуировках! Вы их как делали вообще? Под общим наркозом?