Д'Артаньян | 132 цитаты

И вот один, уже друзья далёко. И трижды проклята моя дорога. Девиз был «Все за одного» И в этом был успех. Успех пришёл и никого, Лишь я один за всех.

— Почему эта женщина всюду сеет смерть? — Потому что она призрак. Потому что она умерла несколько раз. Она сумасшедшая. Она выжила в бойне, где погибли ее родители. Выжила, когда священник, отказавшийся от сана из любви к ней, хотел ее убить за измену. Она выжила, когда ее первый муж повесил ее на дереве, потому что обнаружил на ее плече клеймо — знак гулящей девки. — Как мужчина мог такое сотворить с женщиной? — Этим мужчиной был я. Шарлотта де Брейль, урожденная Баксон, была графиней де ля Фер. После вышла замуж за милорда Винтера. Она была моей женой, единственной женщиной, которую я любил. Единственной женщиной, которую я люблю. До сих пор. Мир этой женщины полон насилия, в нем нет места ни вере, ни закону. Она манит за собой, как и другие я пошел за ней. Вино позволяет мне забыть тот стыд и то отвращение к самому себе. Шарлотта отобрала у меня все. Все, кроме жизни. Чтобы я сожалел о моей любви к ней до последнего вздоха.

— Говорю же, я шел от любовницы. — Так почему же ушел до рассвета? — Настоящая любовь длится до утра.

— Та женщина, опять та женщина. Говоришь, у нее голубые глаза? — В них можно утонуть. — Держись подальше от блондинок — они ведьмы. Я тоже такую любил. Давно. — Ты? Ты даже не смотришь на женщин, ты целомудреннее монаха. Я полагал, что тебя интересует только выпивка. — Я пью как раз с тех пор.

Когда твой друг в крови, Будь рядом до конца. Но другом не зови, Ни труса, ни лжеца. И мы горды, и враг наш горд. Рука, забудь о лени. Посмотрим, кто у чьих ботфорт В конце концов согнёт свои колени. <...> Противник пал. Беднягу жаль... Но наглецы несносны. Недолго спрятать в ножны сталь, Но гордый нрав, ей-ей, не спрячешь в ножны.

— А сколько у нас мушкетов? — Четыре! — А сколько шпаг? — Четыре! — А сколько нас? Атос? — Я! — Портос? — Я! — Арамис? — Я! — И Д'Артаньян! Один за всех и все за одного!

— Жизнь пуста, если в ней нет подвигов и приключений! — Вы правы, мой друг... Но жизнь бессмысленна, даже если в ней есть приключения.

— Фебре исполняет вашу волю. — Он исполняет не мою волю, он сошел с ума.

Планше вырастил меня. Он учил, что если я хочу быть благородным, как отец, то мною должны руководить силы выше, чем ненависть.

Мы все боимся смерти. Проблема в том, чтобы найти то, за что стоит умереть.

— До заката восемь часов, а у нас, сколько, четыре пули? — Восемь часов, четыре пули — так себе арифметика.

— Не-не-не-не, только не вино. [Д’Артаньян выбрасывает бочонок с вином для отвлечения внимания] Ну, что ж, вопрос снят. Как думаешь, сколько их? — Не уверен, но явно больше двух. Мои боеприпасы снаружи. — Да и мои тоже. — Сколько их у тебя? — Недостаточно. Твою мать! — Когда ты осматривал помещение, ты случайно не... — Нет, других выходов нет. И через окна тоже не выбраться. — Конечно, зачем им давать нам преимущество. — Хорошо. Вот обязательно его было выбрасывать?! Вокруг столько барахла, а тебе нужно было выбросить именно бочонок с вином, чтобы в нем наделали дырок, так держать! <...> Я побывал в стольких боях, что даже не вериться, что я умру так, наблюдая, как остатки вина впитывает земля.

— Смерть надо мной смеется. — Ты знаешь, что мы сегодня не умрем. — Скажи это им. — Я не готов. Не здесь, не сейчас и не так. У меня осталось много дел. Я не могу умереть, не увидев напоследок лицо Констанции или не взглянув на детей, которые у нас будут, не посмотрев, как они играют, не подержав их на руках, не научив ездить, стрелять и любить... Нет, сегодня не мой день. — У меня ничего этого нет. Ни жены, ни детей — никого. — У тебя есть друзья. — Да. — Отличные друзья. И я не сомневаюсь, что однажды у тебя появятся и жена, и дети. — Да... да, однажды... и уж это-то у меня никто не заберет. Сегодня они нас не убьют.

— Письмо от Тревиля, мы должны встретить в Бургундии адъютанта генерала Гордея и сопроводить его в Париж, у него есть вести с фронта. — Прямо сейчас? — Да нет же, ты вздремни, а война подождет.

— Ты призываешь к мятежу? — Разве сражаться с бесчестьем, что творится вокруг — это мятеж? Или давать отпор несправедливому вокруг? Быть может, мы с тобой не такие уж и разные... Мир изменится к лучшему, хотя мы это не увидим.

— Ну, если это не флирт, то я даже не знаю... — Чепуха, она его терпеть не может! — Однажды мы поговорим и я тебе расскажу кое-что о женщинах.

— Меня учили драться с достоинством. — А умирать молодым тебя учили?

— Я тоже явился в Париж с тремя экю в кармане, и вызвал бы на дуэль всякого, кто осмелился бы мне сказать, что я не могу купить Лувр! — У меня есть пять экю!

Ничего не поделаешь. Поправить ничего нельзя! Утешение одно: если я буду убит, я буду убит мушкетером!

— Мое имя — Бонасье. Я являюсь мужем этой дамы и хозяином лучшей галантерейной лавки в Париже. — Меня зовут д’Артаньян, сударь. Я также являюсь обладателем кучи всяких достоинств, перечисление которых заняло бы слишком много времени.